Чехов. Книга 2

 — Нам Борис ничего не должен. Мы пришли помочь с погребением. И оплатить расходы.

— Дак это с работы, — взвизгнула тетка и тотчас заорала на собравшихся на крыльце, — вы чего удумали? Зачем людей кинулись гробить? Ась?

— Тетя Клава, мы ж не…

— А ну! Пошли отседава, дурачье пьяное! — продолжала орать тетка, будто позабыв, что именно она вызвала сюда эту толпу.

— Хорошая сигнализация, — проворчал Фома, выпуская парня из захвата. — Жаль, что нам такая не по карману.

— Почему? — уточнил я негромко.

— Не прокормим, — буркнул помощник и поправил полы пиджака.

Очнувшийся после сна меж тем, встал на ноги, и попытался отвесить мальчонке обидный пендель. Но тот оказался вертким и сбежал.

— Простите господа дорогие, что встрели вас неподобающе. С энтими бабами всегда проблемы… — мужчина сурово взглянул на окно, в котором вела дозор тетка Клава.

— А я чо? — невозмутимо отозвалась она. — Кто ж знал…

— Цыц. Не видишь чтоль, что ко мне люди пришли поговорить о сынке моем непутевом.

— Вы отец Бориса, Тарас? Приношу свои соболезнования… — начал я.

— Да все мы знали, что Борька плохо кончит, — прервал меня мужчина. — Непутевым он был и завсегда искал, где поживиться. Пока остальные братья на заводе трудились, Борька то в карты играл, то таскал, что плохо лежит.

— Непутевый, — вторила Тарасу женщина со второго этажа.

— Иди отсель, пока не поднялся и тапком по морде не надавал, — хрипло выкрикнул ей Тарас.

— Допрыгни сначала, — флегматично отозвалась Клава и добавила вполголоса, — я тебе коленки-то в обратную сторону выверну, ежели получится.

— Так что я не шибко удивился, когда Борьку то угробили, — продолжил старший Левин.

— Вы заказали кремацию, — мягко напомнил я. — И вышла она у вас дорогой.

— Да? — мужик рассеянно почесал затылок. — Можа и так. Я не знаю.

— Как так?

— Да просто, господин хороший, — мужик икнул и ткнул себя кулаком в грудь. — Пришел к нам с Клавкой хлыщ. Сказал, что со службы евойной.

— Как его имя?

— Не представился, — сообщила трезвая Клава. — И выглядел он подозрительно.

— Тьфу на тебя, — сплюнул Тарас.

— И в чем именно? — спокойно спросил я

— Серый он какой-то, неприметный и вроде как простой, а сам все спиной стену мерил и не позволял никому за спину эту самую зайти. Его внучок наш хотел обойти, так мужик ентот аж взвился.

— Дура-баба, — презрительно скривился Тарас. — Просто хлыщ не привык к трудовому народу и смущался.

— Дело говорю, — тетка насупилась. — Не понравился он мне.

— Но деньги ты у него взять не постеснялась, — выпалил Левин старший и поджал губы.

— Какие деньги? — осведомился я.

— Да там энтих денег было то всего ничего, — затараторила Клава, едва не вываливаясь из окна.