Чехов 7. Императорская охота

При упоминании о хулиганящем призраке Иванов едва заметно побледнел, и я поспешно добавил:

— Все будет хорошо, — заверил я жандарма. — Такое ощущение, будто это единственный призрак, который будет жить в вашем отделе, право слово.

Лицо жандарма побледнело еще сильнее:

— А их там… Много? — слегка заикаясь, произнес он. — Я ведь думал, что вы шутите, пытаетесь меня попугивать.

— Нет. Это не так, — я улыбнулся. — В отделениях жандармерии, острогах и на каторгах всегда хватает темной, отрицательной энергии. Насилие, психологическое давление, издевательства и злоба задержанных будут притягивать духов.

Про подозреваемых, с которыми переусердствовали при допросе, и которые пополнили ряды местных озлобленных призраков, я говорить не стал. Но мне показалось, что жандарм сам прекрасно все понял.

— И… Как быть? — глупо уточнил он.

— Позвать жреца-синодника, чтобы он освятил помещения, — посоветовал я. — Но это поможет ненадолго.

— Спасибо за совет, Павел Филиппович, — произнёс собеседник, и я улыбнулся:

— Не за что. Идемте.

Я пересек приемную и вышел во двор. Прошел к машине, у которой дежурили Ярослав и Чума. Они играли в карты на капоте «Победы». Заметив меня, культист отвлекся от игры и произнёс:

— Приветствую, мастер.

— Добрейшего вечерочка, — с ухмылкой добавил Чума.

Я щелчком пальцев призвал тотем и напитал обоих призраков силой, заставив их проявиться в материальном мире. А затем обратился к Чуме:

— У нас был уговор. Ты помогаешь мне с делом Самохвалова, а я помогу тебе отомстить.

Чума кивнул:

— Было такое.

— Так вот, — продолжил я. — Благодаря твоим показаниям в суде, делу Антона Ниловича Самохвалова дали ход.

Лицо призрака исказила жуткая улыбка:

— Это ли не прекрасно? — зло прошипел он, и я кивнул:

— Но для того чтобы дело не закрыли за недостатком улик, тебе нужно будет дать показания на следствии. И на судебном процессе.

— Ну, второй раз уже не так страшно, мастер некромант. Сделаю.

— И до момента вынесения приговора тебе нужно будет жить в отделении жандармерии, — добавил я, но призрак только равнодушно пожал плечами:

— Ну, теперь-то меня маленько сложнее будет удержать за решеткой. Так что почему бы не посмотреть, как теперь жандармы работают.

На лице Чумы на мгновение проступило мечтательное выражение, и я продолжил:

— Но если ты будешь там плохо себя вести, и на тебя начнут жаловаться — мне придется приехать в отделение для беседы. Так что не хулигань.

Я погрозил призраку пальцем, и мечтательное выражение тут же исчезло с его лица.

— Понял-понял, мастер, — поспешно произнес он и поднял руки, демонстрируя открытые ладони. — Не хулиганить.

Я кивнул и обернулся к стоявшему рядом жандарму:

— Вот и хорошо. Ну все, профилактическая беседа проведена.