Болевой порог. Вторая чеченская война

Она стояла на месте, у обочины дороги, и не решалась сделать шаг навстречу. Бригадир немного покраснел, заметив на лице Титова ухмылку по поводу своей молниеносной реакции. Он медленно поднялся и отряхнул колени от налипшего грязного снега.

– Иди спроси, чего ей, – приказал сержант.

– Почему я? – замялся Бригадир.

– Я тебя прикрою. Иди, – тихо сказал Титов, медленно уходя с дороги к обочине."

"Руки обхватили автомат, чувствуя деревянное цевьё и холод спускового крючка. Глаза самовольно вцеплялись в проёмы окон и входные ворота домов. Холод пробежал по спине, разгоняя кровь и учащая сердцебиение. Взгляд падал самопроизвольно то на чердак ближайшего дома, то на медленно идущего Бригадира. У Титова уже было такое чувство, он даже помнит его на вкус. Когда-то в далеком детстве он тонул в небольшом пруду, а звать на помощь не позволяла гордость. Впрочем, тогда ему повезло. Ноги сами нащупали спасительное дно. Сержант пригнулся, делая вид, будто завязывает шнурки на ботинках. Колени предательски дрожали, и пальцы рук тоже. Сейчас, как никогда, ему не хватало своего отделения, и он жалел, что так далеко ушёл от позиций взвода.

– Нам солярка нужна, выручайте, ребятки, – жалобно произнесла женщина. – Ещё спички, если можно. Мы в погребе уже полгода сидим.

Ведро солярки. Пожалуйста.

Бригадир растерянно полез по карманам, стыдливо сдёрнув найденные перчатки. Достав размокшие спички, он молча вручил их чеченке, пристально глядя в её глаза. Возникла неловкая пауза, и руки бойца вновь принялись шарить по карманам. Он достал пачку папирос и вложил в её ладонь вслед за спичками.

– Ты бы ей ещё гранату дал, – сказал из-за спины Титов, незаметно подошедший сзади.

– Чего случилось, женщина? – нагло и громко спросил сержант, ясно дав понять, кто в данной ситуации главный и к кому стоит обращаться.

– Солярки, – ещё раз повторила она, переведя взгляд на Титова. – Пищу готовить, стирать. Воду кипятить и пить. А дрова собирать очень опасно. И свет нам нужен. Под землёй сидим, – причитала она.

– Мы не лучше устроились. – сказал сухо Титов. – Где ваш дом?

– На соседней улице, – указала она рукой в сторону.

– Боевики там?

– Не знаю. Давно ушли. За Сунжу, там за мостом.

– И что, не возвращались больше? – продолжал расспрашивать сержант.

– Нет, – ответила чеченка, – что им тут делать? Весь скот зарезан, куры съедены. Там они, – снова указала она рукой, – там, за рекой.

– Ну тогда пойдёмте с нами, – уже с сочувствием сказал ей Серёга, – тут недалеко. Ведро придётся вам самой тащить. Так далеко от позиций нас никто не отпустит. Как вы тут живёте в общем и целом? – шагая с ней рядом, разговорился Титов.

Она взглянула ему в глаза и заревела, прикрыв губы дрожащей ладонью.