Болевой порог. Вторая чеченская война

Слышен визг шин по бетонке. Макеев встречает их группу очередями пулемёта. Около десяти человек перебегают дорогу, двое падают. Им вдогонку летят подствольные гранаты, хлопая белым облаком.

С перекрёстка сработал снайпер, сняв одного разведчика в грудь. Его тащат на броню транспортёра. На дорожках аллеи много растяжек, и наших, и чужих. Боекомплект пушки уже пуст. Раненого увозят, без надежды на чудо, пуля отрикошетила от задней стенки бронежилета, повредив внутренности бойца.

К Макееву бегут полковник и сержант милиции, оба перепачканы кровью. Сержант – чеченец, полковник – русский. Стучат прикладами по башне.

– Эй, командыр! – кричит сержант. – Можешь поближе подойти? Мы к ным с фланга зайты можем, а то уйдут через частный сэктор!

А там рэка и всё. Поработай пулемётом, брат.

– А если сожгут меня?

– Нэ, нэ сожгут, мы прэкроем, – убедительно замотали головами милиционеры.

– Ну тогда Аллах акбар! – крикнул взводный.

– Чего? – не расслышал шутку Макеева чеченец.

– Вперёд, говорю, – засмеялся офицер.

– Короткими поработай и уходи, – добавил серьёзно полковник, – у них гранатомётов полно.

Девять «двухсотых» бойцов уложили на плащ-палатки у обочины дороги. Звуки боя переместились вперёд. Герасимов внимательно смотрел на погибших. Уши отрезаны, у многих осколочные ранения. Сержант лежит с открытыми глазами, с перерезанным горлом от уха до уха, глаза белые, как у варёной рыбы. Бригадир отворачивается и блюёт, попадая струёй на чью-то могилу, потом неуклюже смахивает остатки переваренной пищи с надгробия. Гера с каменным лицом снимает «смертники» с окоченевших трупов. За плечами сержанта два трофейных автомата, он скидывает их и садится рядом с «двухсотыми».

– Что натворили, бляди, зла не хватает! – говорит кто-то из разведки.

Связист слушает переговоры милиции. Чеченские милиционеры говорят на ломаном русском, но матерятся практически без акцента. Парни смеются, замечая эту отличительную черту в разговорах.

– Спроси, где там наша коробочка, долго нам тут сидеть? – приказывает командир группы связному.

– «Ясень», ответь «Сопке», – мучает связь разведчик. – Ждём «коробочку», как понял? Приём!

– Э, свинына! – послышалось в наушниках связиста. – С вами говорят войны Аллаха, слышишь мэна, нэт?

– Не отвечать, – приказал командир группы.

– Вы полковника нэ потэряли? Случайно в гости к нам зашёл. Сейчас башка ему отрэжэм, иды забэрай. Давай мэнятся, вы вчэра наших в плэн брал. Сержанта нэ отдам, он кровнык мой. А полковника бэри, эсли хочещь.

– Попали, – сказал тихо связист, опустив голову и сняв с шеи наушники.

Подъехал Скачков с Макеевым на броне. Лейтенант прыгнул на землю и, пригнувшись, подбежал к группе.

– Все целы? – спросил взводный Герасимова.