Часы, идущие назад

 – Капитан-красавчик мне водкой все волосы намочил и намазал меня ею, как духами. А выпить не дал. Строгий. «Речь о вашей безопасности, повремените…»

Она покосилась на капитана Первоцветова.

Катя вдохнула стылый лесной воздух и водочное амбре…

Все эти ухищрения и перемещения «Скорой» потребовались, дабы помешать журналистам, алчно искавшим контактов с «матерью первой жертвы», чтобы допросить о ее заявлении и улике, о которой она упомянула. Большая часть журналистов рванула сразу в городскую больницу. Но в регистратуре им лишь сухо сообщили, что из ОВД никого в стационар по неотложке не доставляли.

Прежде чем вернуть Маргариту домой, на улицу Труда, и сесть в засаду, полковник Гущин ждал вестей о том, что все журналисты из Горьевска уехали, а местные занялись своими делами, бросив розыски скандальной пьяницы.

Они ждали в лесу, вдали от любопытных глаз. Первоцветов на планшете нашел сайт «Горьевского курьера». Тот уже разразился сенсацией о брифинге по аресту Казанского. Маргарита Добролюбова в статье тоже упоминалась – все, что случилось на брифинге, подавалось со смаком. Местное телевидение подготовило сразу несколько выпусков новостей.

Пока тянулось ожидание, полковник Гущин сначала обстоятельно инструктировал Маргариту о том, что она должна делать и чего ни в коем случае не должна. А потом задал вопросы, которые давно просили ответов:

– Скажите, ваш квартирант, Денис Нилов, когда пришел к вам снимать жилье, он… знал уже, что вы потеряли дочь? Или это стало ему известно от вас?

– Сначала-то я не поняла. Он все на ее фото смотрел на комоде. Ну а потом мы как-то разговорились, он вина мне купил – добрая душа. Знал он, что Аглая умерла, поэтому и дом мой выбрал, чтобы поселиться.

– А откуда он это знал? Ему кто-то в городе сказал?

– Ему сказал приятель. Покойный. Денис мне сам об этом рассказал. Приятель отсюда родом и связи не терял с городом. С Горьевском никто связи не теряет. Лишь смерть разлучит нас… – Марго горько усмехнулась. – Только Денис думал, что дочка моя убита. Повешена на башне с часами. А я ему, как и остальным, правды не открыла.

Капитан Первоцветов стоял позади Анфисы. Близко. Вроде бы случайно это вышло.

– Он вам говорил про фотографии? – спросил Гущин.

– Какие фотографии? Про работу, что ли, свою? Он же фотограф.

– Нет, я имею в виду другие снимки. Значит, не упоминал?

– Да какие фотографии-то? О чем? – Марго любопытно моргала.

– К нему кто-нибудь приходил? Вы его с кем-то из местных видели?

– Нет. Мы тихо жили. Он с работы придет – и сразу шмыг к себе за компьютер. С фотоаппарата там что-то перегоняет.

– А к вам кто приходил, когда он был дома?

– Мария Вадимовна. – Маргарита закрыла лицо руками.