Часы без циферблата, или Полный ЭНЦЕФАРЕКТ

От неожиданности папку с документами выронил, бумажки и справки разлетелись в разные стороны. Как в кино – присели на корточки и стали их собирать, краснея и не понимая, что происходит. Светлана Юрьевна молча поднялась, застенчиво улыбнулась, кивнула головой и почти побежала от него, теряясь среди посетителей и врачей в белых халатах. Степан почему-то был уверен – она наверняка знает, что женат и есть дети, вернее, дочь – в карточке всё указано. То, что её тоже задела и взволновала их встреча, он, хоть и не спец в этих делах, почувствовал, такое не померещится. Когда только начал плавать, часто вечерами в кают-компании мужики делились своим любовным опытом, и среди них почти все женатые были. Вторым помощником стал, тем более стармехом, разговоры подобного рода при нём не велись, не положено. Может, и его время пришло интригу завести на стороне?

«Что в ней такого особенного? – мучился Степан. – Зинаида гораздо интересней и ярче, и как женщина кого хочешь с ума сведёт».

Он ничего не понимал, тянуло к ней невероятно, как мальчишка расклеился и всю ночь ворочался, решал, как дальше быть. Может, она кого-то напоминает? Перебрал всех, от детского сада, школы и учёбы в училище. Ничего подобного. Ему всегда блондинки нравились и немного с формами, а эта тёмненькая и уж больно худенькая, явно без форм особых. Парадокс! Он отнёсся к этому как к опасному приключению и уже с раннего утра с глазами виноватого щенка засобирался в Чудновку.

– Куда это ты в такую рань? – подозрения в Зинкиных глазах он не заметил, лишь сонное удивление.

– Как куда? Так кровь сдавать натощак. Потом, может, ещё какого-то специалиста пройду по случаю.

– Раньше ты ухитрялся в один день всю комиссию сдать! А теперь тянешь, как удовольствие получаешь! – заворчала Зинаида, уставилась на будильник, отвернулась к стенке и мирно засопела.

Он приехал рановато. Двери в поликлинику были открыты, но толком никого ещё не было, и регистратура не начала свой рабочий день. На стене висело расписание приёма врачей. Она начинает принимать в 9 утра. Значит, ещё час бродить как неприкаянному. Вышел на улицу, постоял немного, зябко. За ночь снега намело, дворники скребут, темно ещё, окна в домах горят, народ на работу собирается, а кто быстрым шагом мимо семенит, торопится. На Фонтанку вышел. Лёд совсем тонкий, не было ещё морозов настоящих, уныло.

– Ходить надо, а то околею! Может, в машину сесть? Так её пропущу. Дурак, ботики тонкие надел, словно в театр собрался! И без шапки, уши сейчас отвалятся.

Развернулся назад – в помещение бежать.

Он не мог ошибиться. Хрупкая и невесомая, даже следы на снегу едва различимы, не то что он, как слон натопал вокруг.