Птицы небесные. 1-2 части

Мне тоже по-новому открылась жизнь на гидрометеостанции после того, как мои друзья устроились туда на работу. Поднявшись как-то на эту станцию, я переговорил с ними о моем присоединении к их дружному коллективу третьим. Выяснилось, что по штату еще оставалось место «наблюдателя». За последние годы во мне сложилось убеждение, что Пештова, несмотря на свои изумительные и неповторимые возможности для уединения и безмолвия, не совсем то, что необходимо моей душе. Мне стало казаться, что метеостанция, возможно, мой настоящий шанс, который приблизит меня к спасению: «Это то место, где мне удастся спасти душу… Это уж точно! — думал я. — Теперь-то я не ошибусь…»

Мне вновь пришлось брать расчет в Институте сейсмологии, где на такие переходы уже смотрели неодобрительно, и писать заявление в Гидрометеослужбу о приеме на работу в качестве «наблюдателя». Как по мановению, я вскоре обнаружил себя на гидрометеостанции, где мои друзья начали устраивать мой быт.

Петр, начальник гидрометеостанции, предложил мне место рядом с его койкой, во второй маленькой комнате, у окна с видом на горы. В головах у него стояла железная печь, в которую мы по очереди подбрасывали дрова. В первой комнате у киевлянина места были уже распределены: у стены стоял его топчан из деревянных брусьев, с занавеской, скрывавшей иконы и лампады, у окна обеденный стол, он же — письменный, в углу — печь. Геннадий, умелец на все руки, быстро сделал такой топчан редактору и мне, пристроил полочки под иконы и лампаду, а из остатков красной материи мы повесили занавески. В общем, получилось неплохо — мы спали и молились рядом, но благодаря занавескам нисколько не мешали друг другу.

Начальник после моего обустройства быстро собрался и ушел в Душанбе для сдачи различных документов и заказа продовольствия на зиму. Стояла поздняя осень. В горах уже лежал снег. Наступил мой первый выход на работу с моим товарищем киевлянином. Мы взяли лыжи с полужесткими креплениями, переправились через реку на подвесной тележке, надели их и стали подниматься вверх к притоку основной реки, где находился дальний гидрологический пост. Там стояла будочка с рабочим инвентарем: тяжелые металлические шесты с делениями для замера уровня воды и устройство для измерения скорости течения. Геннадий достал из будки тяжелый длинный шест и протянул его мне, в другую руку дал ящик с измерительным прибором. Когда я брал этот ящик, то забыл про железный шест и он с размаху упал на инженера, ударив его по лбу. От сильного удара его голову слегка защитила вязаная шапочка, но тут же на моих глазах на лбу у моего наставника по замерам вздулась большая синяя шишка.