Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Рассвет. Часть 5

О любви Мелхен не просила, а Ли ничего ей не обещал, но пока обходился без женщин, хотя в Западной Придде готовых к приключениям красоток хватало. В благополучных провинциях всегда много скучающих женщин, возможно, потому, что мужчины, с которыми не заскучаешь, уходят туда, где вода течет, а не зацветает.

– Лилиан живет здесь, – сообщил мужественно вытерпевший строевую рысь отец Кассиан. – Ее муж богат, пожалуй, богаче всех в приходе. Он прежде был негоциантом…

– Надеюсь, не контрабандистом. – Вальдес с явным интересом оглядел забор, дерево и крышу, но сдержался и повернул коня к воротам. – Отправьте кого-нибудь объехать заставы: вдруг именно сейчас наш ушастик захочет капустки.

– Господин Вальдес, – торопливо забормотал под удаляющийся топот клирик, – я считаю господина Гуго суровым негодяем, но он никогда не преступал закон.

– Тем лучше, – Ротгер поглубже нахлобучил шляпу. – Врываться к контрабандисту, пусть и бывшему, мне было бы не в радость, среди них много очень милых людей. Надеюсь, вы будете вести себя прилично, в том смысле, что не станете меня увещевать?

– Я бы вообще предпочел… Не участвовать… Не видеть.

– Ну уж нет, кто доил, того и сливки! Так, по крайней мере, считают в Бергмарк.

– Я знаю эту пословицу, но она подразумевает другое!

– А я подразумеваю, что вы будете маячить за моей спиной молча. – Ротгер тронул поводья, и жеребец залихватски саданул копытом в окованные медью створки. Отозвались сразу же.

– Мне нужны хозяева, – Вальдес оттер конем дюжего привратника и преспокойно въехал во двор. Бывший не контрабандист держал не только стража, но и пару цепных псов, но на Ротгера собаки если и наскакивали, то желая облизать. Эти, впрочем, сидели на цепи.

– Господин… – привратнику явно не хватало слов. – Господин Гуго… не велели… пускать… этих… которые…

– Парни, – Вальдес потихоньку начинал веселиться, – выясните, не собирается ли «этот который» драться. Если собрался, удовлетворите. Святой отец и шестеро со мной. Нет, восьмеро! Как-никак, логово сурового негодяя, я боюсь.

Суровый негодяй ждать себя не заставил и вышел на крыльцо сам. Выглядел он сообразно, с такой внешностью запросто сойдешь за отставного судью, но Лионелю отчего-то вспомнился покойный Арамона, вернее, его манера подбочениваться и громогласное «ха!». Ничего подобного Гуго, разумеется, не делал, не был он, скорее всего, и бесноватым, но что-то в рубленой физиономии заставляло думать, что клирик не ошибается.

– Господин Проэмперадор, не угодно ли вам пройти в дом, – «судья» был само спокойствие. – Ваша свита может подождать во флигеле."

"Войти Вальдесу было угодно, расстаться со свитой – нет.