Книга одиннадцатая (часть вторая) - Охота на маску

Прихожая Хранилища, назовём это так, представляла собой огромный пустой зал, в котором по углам стояли столы, за которыми сидели жрецы в одеждах, напоминающих туники. Белые туники. Стены зала были, понятное дело, каменные, но у стены напротив входа выделялся прямоугольник другого цвета, рядом с которым из пола росли прямоугольные каменюки. Рядом с ними стоял ещё один жрец, смуглый, как и все персы, к которому мы и направились.

— Прошу прощения, — обратился я к нему. — Вы говорите на русском?

— И на французском, и на английском, и на японском, и на многих других языках, — ответил он с улыбкой.

На русском ответил.

— Прошу прощения, если сморозил глупость, — улыбнулся я вежливо.

— Нет, нет, не стоит, — приподнял он руки. — Ахура-Мазда свидетель, ваш вопрос не был глупым.

— Я рад, — кивнул я. — Но давайте к делу. Мы тут, чтобы посетить Хранилище, но есть небольшая проблема — наши родители мертвы. Сам я тут никогда не был, сестра была, но давно. Она и сейчас-то ребёнок, а тогда и вовсе… — вздохнул я.

— Соболезную, дети, — склонил голову жрец. — Помнит ли ваша сестра, какую именно ячейку они посещали?

— Рейка? — посмотрел я на неё.

Русский она, с горем пополам, знала, пусть и не так хорошо, как немецкий, так что о чём говорит жрец должна была понять.

— Я не помню, братик, — ответила она на японском, прижавшись ко мне ещё сильнее.

Ей вообще здесь, похоже, не очень нравится.

— Она не помнит, — пояснил я жрецу.

— Что ж, это не проблема, — ответил он бодро. — Просто приложите руку к этому камню и немного подождите.

Первым моим порывом было положить руку на камень, но потом я вспомнил отношение ко мне Этсу и не рискнул. Рафу не стал бы нас с Рейкой разделять или блокировать мне доступ… Точнее, делать его исключительно для себя, Этсу и Рейки, а вот моя горе-мамаша могла. Втайне от Рафу, конечно, но могла.

— Рейка, положи ладошку на камень, — обратился я к ней.

Что она, самую малость неуверенно, и сделала. После чего рядом с камнем, со стороны жреца, появилось голографическое окно, в которое он несколько секунд тыкал пальцами.

— Отлично, — произнёс он. — Можете убрать руку, юная леди. Теперь вы, господин.

— А это обязательно? — положил я руку на камень.

— Девочка несовершеннолетняя и, по вашим же словам, Хранилище посещала только она, — говорил он, параллельно возясь с экраном. — Мы, как минимум, обязаны удостовериться, что вы её брат. Хм, — бросил он на меня удивлённый взгляд.

— Что-то не так? — напрягся, стараясь этого не показывать.

— Нет, всё в порядке, — ответил жрец. — Я отправил запрос, так что через пару минут к нам подойдёт человек, который проводит вас к ячейке хранения. А сейчас, господин, позвольте уточнить, как к вам обращаться?

Странно, что он спросил об этом сейчас.