Лейтенант империи. Часть вторая

Дверь закрылась и я, зажмурившись, выдохнул. Ну, Лиза! Блин!

Давно всё решили. Расставили точки над «и» так сказать. Вроде и с Лирой дружит не разлей вода, и меня уже не первый раз обследует, а до сих пор смущается. Думает, что я её до сих пор подозреваю в симпатии.

Нет, шутить над ней прикольно в таких случаях, но сколько можно? Она же так снова что-нибудь пропустит. Вон, в прошлый раз ошиблась, и аура почти схлопнулась. Мне из-за этого тренировки у Мангуста дались сложнее, чем должны были. Это её стеснение уже надоело.

Я тоже, конечно, не сразу привык перед ней нагишом стоять, но уже два месяца прошло. Где профессионализм и цеховое равнодушие? Где невозмутимый, всё повидавший доктор?

Может, и правда, ей фоток прислать? Не моих, а из сети, как учебное пособие. Пусть привыкает, раз полезла в такие процедуры.

Хех, бред, но взрослеть ей надо, а то не доктор, а юная медсестра на практике. Поразительное совмещение знаний и поведения. Я даже стесняюсь у неё о многом спрашивать из-за этого.

Например, сегодня вот. Только представлю, как задаю вопрос, можно ли с этой татухой в близость с женой вступать? Не сотрётся ли? И вижу будто наяву, как Лиза краснеет и теряет дар речи…

Эх, ладно. У Лиры узнаю.

Вдохнул, открыл глаза и наткнулся на взгляды ребят. Все бойцы отделения и Герасимов младший стояли в коридоре, хлопали глазами и удивлённо смотрели на меня.

— Ну что, — я улыбнулся парням, — мне к Растеряшеву, а потом отпразднуем успехи в кафе?

— Командир, кхм, это… — вместо всех ответил Феймахер, глядя на меня широко распахнутыми глазами, — у тебя вены на лице проступили. Это из-за, — он запнулся на мгновение, — искусственного дыхания, да?

* * *Топали берцы по пенобетону. Качались в свете фонарей чёрные береты. Отделение морских пехотинцев, колонной по двое, бежало по улице.

— Туров служит в морской пехотЕ!

— Верен он жене и РодинЕ!

На нас оглядывались редкие вечерние прохожие. Провожали взглядами. Притомарживали антигравы и колёсные автомобили. Пропускали нашу процессию.

— Сомненья если есть у когО!

— То нам очень жаль егО!

Я бежал рядом и сочинял речёвку на ходу. В голову ничего особеннго не лезло, да я и не поэт. Потому обошёлся самыми простыми фразами.

— Если у морпеха длинён язык!

— Укоротят и дадут ему в тык!

Фантазия закончился быстро. Ну, не моё это, не моё. Потому ребята пошли на второй заход, а потом и на третий. При этом Чуватов, который бежал сразу за Феймахером, после каждого куплета успевал отвешивать тому поджопники.

— Туров служит в морской пехотЕ!

— Верен он жене и РодинЕ!

— Ай! Да хватит уже! — закричал Феймахер, после особо сильного поджопника. — Не виноват я, не хотел! Ну, что ещё можно подумать, когда видишь, как над мачтой кружит чайка⁈

— Подумать — что угодно! — крикнул из начала колонны Гвоздь.