Все двадцать семь часов!

Бывал здесь раньше?

Зло на меня зыркнув, Макс ответил:

— Мне просто достали карту.

И при этих словах сам вынул ее из корсета и отдал мне.

— Ты сейчас останешься в гримерке и проберешься по плану через потайную дверь в пространство между комнатами. Доберешься до той, что указана на карте, и посмотришь в специальные отверстия в стене. Как только я увижу твои глаза, буду знать, что все в порядке. Там в проходе есть рычажок, который открывает потайную дверь. Как закончу, откроешь мне ее — и мы практически на свободе. Останется дело за малым. Готова?

Я кивнула и ошарашенно спросила:

— В этом клубе есть пространство между стенами, где за клиентами подсматривают?

— Другие клиенты, — кивнул Макс, кидая взгляд в зеркало. — Так, вроде все нормально и ничего не сместилось. Гадство! Под этим корсетом так все чешется!

— Борись с собой. Но скажи мне, зачем эти люди подсматривают?

— Не понимаешь? — и, вздохнув, шеф добавил: — Ну и слава богу.

После чего вышел, не оборачиваясь.

«Что-то в последнее время Лагфорт начал меня бесить», — подумала я, разворачивая карту.

— Так, проходим через помещения для слуг, чуть вверх по лестнице, и там будет потайной ход, потом еще немного пройти, подняться повыше — и я на месте. Ничего сложного, — пробормотала я, жутко нервничая.

Постаравшись внимательно изучить карту, я на всякий случай убрала ее как можно надежнее, еще немного подождала для верности и потом начала пробираться к шефу. Хотя получилось это у меня не так легко.

Только я вышла из гримерки и направилась по коридору в сторону служебных помещений, как мне преградил дорогу мужчина, переодетый в женское платье.

— Какой миленький мальчик, — пропело басом это чудо в перьях в прямом смысле этого слова.

— Э-э-э-э… — выдала я гениальный ответ, постаравшись проскользнуть мимо.

Но меня остановило препятствие из рук, упершихся в стены узкого коридора.

— Извиняюсь, я уже занят.

Брови неизвестной мадам поползли вверх, а я попробовала еще раз прорваться сквозь заслон.

— Так это еще интереснее, — протянул мужчина, начиная на меня надвигаться.

Применив старый избитый прием, я посмотрела за спину мужчины, преградившего мне дорогу, и воскликнула:

— Хозяин!

— Где?! — повернулось перьевое чудо, а я, воспользовавшись замешательством и любопытством противника, проскользнула вперед.

— Ты разбил мне сердце, негодник! — понеслись мне вслед слова, а затем басовитый хохот.

Но и на этом мои злоключения не закончились.

Стоило мне преодолеть коридор и частично помещения для прислуги, как на моем пути встретилась горничная. Стрельнув в мою сторону глазами, она тоже преградила мне дорогу, сказав:

— Извините, но посторонним в помещениях для прислуги находиться не положено.