Час шестый

Нет! Пускай грызутся между собой, как два цепных пса! Кто кого возьмет… А курсантскую жалобу надо отправить по назначению, то есть в морское ведомство.

Калинин, довольный собой, крякнул. Письмо Пачина он решил попридержать еще на недельку, а потом и послать комфлота Орлову, сделать внушение Королькову.

Довольный таким решением, Михаил Иванович подвинул ближе кипу свежих газет. Внутрипартийные распри в них запрятаны весьма глубоко. Печатаются главным образом еврейские публицисты, записные авторы, либо их всегдашние ставленники. Вон какой подвалище заворотил опять Карлуша Радек. Экий, право, спец по европейским, особенно немецким, делам… Чистый хорек. По внешнему облику и по внутреннему…

Опытный глаз Калинина по заголовкам мог определить что к чему. Вот запоздалое приветствие Сталина VII комсомольской конференции. Хватился, когда она кончилась! Обращение к молодежи только что напечатано. А вот приветствие Вере Фигнер, поздравляют с восьмидесятилетием. Неужто и эта еще жива? Кажется, стреляла по царям Бог весть когда. Коба назвал как-то Фанни Каплан и Веру Фигнер «ворошиловскими стрелками». А такие ворошиловки, как Стасова, Крупская, которую Сталин зовет Миногой, Варенцева, Клара Цеткин, Ульянова, особенно его злят. И впрямь эти дамы весьма активны. Песок сыплется, а они лезут куда надо и не надо. Вмешиваются даже в хозяйственные вопросы. А вон Яковлев-Эпштейн публикует отдельные постановления о кроликах и о лошадях. Хотя лошадь — это не яковлевская, а чисто ворошиловская епархия. Клим тут на коне в прямом и в переносном… «Правда» сообщает о постановлении про уборку нового урожая. А как странно, кстати, ведет себя нынче этот силосно-крольчатный нарком земледелия. Притих после головокружения. Сталин уже пробовал сместить, да пока не сумел. Слишком опасен: такой бы подняли волчий вой!

Калинин улыбнулся, вспоминая охоту во время прошлогодней поездки в Верхнюю Троицу. И снова продолжил близорукое чтение прессы. Какова обстановка в Харькове? Оба вождя, словно сиамские близнецы, выступают с речами на одних и тех же заводах, на одних и тех же митингах… Еще продолжается процесс Горгулина в Париже. Китайцам на Амуре неймется… Опять придется применить силу. Впрочем, военные дела пусть решает сам Коба. Для этого у него и Ворошилов с Орловым.

Калинин крупным косым почерком наложил резолюцию на углу пачинского письма: «Комфлота т. Орлову. Владимир Митрофанович! Настоятельно прошу ознакомиться и принять меры. М. Калинин». Он по рассеянности положил жалобу краснофлотца не в ту папку…

* * *"

"Командующего флотом Орлова в коридорах ворошиловского Наркомата кликали издевательски «адмиралом». Конечно, не все и не прямо, а за плечами, облаченными по торжественным датам в белоснежный китель.