Няня из Чайноботтам

– Он меня избегает после того, как дюжину раз подряд проиграл мне в «Три Якоря». Но с вами я с удовольствием сыграю. В моем номере.

Между тем хозяйка гостиницы явно догадалась, что Бёрджеса нужно спасать.

– Мистер Бёрджес! – воскликнула она. – Подойдите сюда! У меня к вам срочное дело!

Протиснувшись мимо Бланшуазы Третч и вынырнув из облака ее парфюма и разочарования, он подошел к стойке.

– А вы явно не понимаете намеков, верно, мистер Бёрджес? – проворчала хозяйка гостиницы, глядя на его промокшие пальто и шляпу. Хотите, чтобы вас в море унесло?

Выслушивать еще и «материнское» осуждение было выше его сил, и он сказал:

– Мадам, мне нужна помощь. Ваша благодарность еще не выветрилась?

– Не говорите глупостей, разумеется, не выветрилась. Чем я могу помочь?

Бёрджес перегнулся через стойку и зашептал. Мадам Бджиллинг округлила глаза.

– Что? – недоверчиво спросила она, когда Бёрджес сообщил ей, что ему нужно. – Солти? Ее плач? Записать на пластинку?

– А еще мне понадобится ваш граммофон.

– Вы очень странный человек, Кенгуриан Бёрджес, – сказала хозяйка гостиницы, и Бёрджес пожал плечами.

– Шакара, – выдал он. И правда, что тут еще скажешь…

***

Их было четверо.

Мертвецы лежали среди куч прибитого морем к островку мусора. Одеты были одинаково: пальто, шляпы-котелки, круглые защитные очки и шарфы.

– Проклятье. Я уже вообще ничего не понимаю, – пробормотал Бёрджес.

Когда он только обнаружил их, разбросанных у маяка, в его голове появилась мысль: «Костюмы, как у того чужака из “Старой Девы” – видимо, о них говорил Джоран Финлоу. Это те, кого посылал чужак. Те, кого убил Удильщик…»

Но когда он опустил скрывавший лицо одного из них шарф и снял с мертвеца защитные очки, удивлению его не было предела.

Это был не человек! Ему предстала деревянная кукла, лишенная каких бы то ни было черт: ни рта, ни носа – лишь грубо обточенная болванка с двумя большими пуговицами на месте глаз.

Нащупав дыру на затылке куклы, Бёрджес сунул в нее пальцы – в проломе ничего не было.

Остальные трое тоже оказались куклами. И чужак их посылал за Удильщиком?!

Бёрджес слышал, что в Габене водятся живые куклы, но никогда с ними не сталкивался. Они были большой редкостью. Констебль Шпротт как-то рассказывал о раздражающей носатой кукле-карлике, которая считает себя настоящим человеком. По его словам, это было подлое и коварное существо, которое он не единожды пытался поймать и сжечь, но оно всякий раз ускользало…

Глядя на деревянного покойника (Бёрджес не до конца был уверен, что к кукле это слово применимо), его посетило смутное узнавание.