Чайлдфри

— Красивое платье, — Аверин растерянно смотрел на прилепившихся к нему детей, а потом добавил беспомощным полушепотом: — Они же меня утопят в этих шариках, Катя! Или я сам шею сверну…

В это время парочка отец-дочь вновь с визгом съехала с горки, и теперь неясно было, кто получает больше удовольствия, девочка или ее молоденький, смахивающий на мальчишку отец. Вдруг Ваня отпустил руку Клима, обхватил его ногу и посмотрел вверх с выражением такой обреченности, что Аверин с Катей не выдержали и, не сговариваясь, прыснули, едва сдерживая смех.

— Ну, Ванька, манипулятор мелкий, добился своего? — положил Клим ладонь на светлую макушку малыша. — Идем над Климом издеваться!

Катя смеялась и снимала на телефон, наблюдая за сходящей с ума троицей. Дети забрасывали Аверина шариками, а он вначале прикидывался спящим, затем резко «просыпался» и хватал мальчишек за ноги, те пищали и прятались в шариках. Они так расшумелись, что все проходящие мимо оглядывались, неизменно улыбаясь и окидывая Катю оценивающими взглядами. До нее с опозданием дошло, что их принимают за семью, и настроение тут же упало на несколько десятков градусов. Она очень постаралась, чтобы выбирающийся из лабиринта и несущий в каждой руке по ее сыну Клим ничего не заметил.

— Предлагаю пообедать, — помятый и взлохмаченный Аверин нравился ей еще больше, пришлось спрятаться за детьми, поправляя штанишки и зашнуровывая болтающийся шнурок, чтобы Клим ничего не заподозрил.

Они засели в одной из кафешек на фудкорте, Катя понятия не имела, как он это делает, но Аверин снова выглядел так, будто он только со съемок рекламного буклета шикарного курорта для очень небедных людей. А всего-то поправил одежду, умылся и пригладил волосы.

— Клим! — по проходу шла потрясающей красоты девушка с нереально длинными ногами. Ее ухоженные волосы струились по плечам до самой талии, а лицо было настолько совершенным, что Катя вмиг почувствовала себя замарашкой.

Аверин как раз втолковывал Матвею, что салфеткой вовсе не обязательно вытирать всех сидящих вокруг, ладно брат, но сам Клим вполне справляется. Увидев девушку, он напрягся, бросив на Катю обеспокоенный взгляд и ей почудилось, что в черных глазах помимо беспокойства плеснулось что-то похожее на панику. Или страх.

— Здравствуй, Лиза, — Клим сел ровно, уперевшись руками в поверхность стола, словно он не в кафе сидит, а в директорском кабинете.

— Может, поздороваемся? — та подошла совсем близко, делая вид, что в упор не замечает ни Катю, ни детей.

— Прости, Лиза, но если ты не заметила, я не один, — Катя явно видела, что под маской спокойствия Аверин сдерживает гнев.

— Разве ты бываешь один, Клим? — проворковала Лиза, удосужившись, наконец, обратить внимание на притихших малышей.