Чайлдфри

— Очень приятно! — няня просочилась между ними, попутно еще раз осмотрев Клима с ног до головы. — До свидания!

Парни, завидев в доме мужчину, поначалу спрятались за Катю, но потом осмелели и вышли из укрытия.

— Катя! — радостно запыхтел Ванька, Матвей молча разглядывал Аверина. Катя не видела лица Клима, но почему-то очень хорошо себе его представляла. Заставила себя заговорить, продолжая сидеть к нему спиной.

— Клим, знакомься, это Ваня. Это Матвей. Мальчики, это Клим.

— Папа, — сказал Матвей, глядя на Аверина снизу вверх.

— Нет, котенок, это не папа, это Клим. Папа уехал, — она обняла мальчика и услышала за спиной потрясенное:

— Откуда здесь дети, Катя? Они твои?

Катерина повернулась, и как Матвей, глядя снизу вверх, ответила с некоторым вызовом:

— Мои. А что тебя так удивляет, я не похожа на женщину, у которой могут быть дети?

Аверин действительно выглядел потрясенным. Он переводил взгляд то на Матвея, то на Ваню, то обратно на Матвея. Катя отправила малышей в ванную, а сама устало пояснила:

— Это дети моей сестры, она погибла сразу после того, как мы с тобой познакомились, и теперь они мои. Я собираюсь в ближайшее время их усыновить, и скорее всего, меня уволят, как Зимину, а если ты донесешь на меня, то это произойдет намного быстрее…

Клим схватил ее в охапку и приподнял над полом, его глаза сверкали как настоящие молнии.

— За кого ты меня принимаешь, — зашипел он, выдыхая, — почему я должен на тебя доносить? И почему тебя уволят?

— Поставь меня на место, Клим, ты напугаешь детей, — спокойно попросила Катя, — а уволят сам знаешь почему. То, что наш генеральный чайлдфри, не новость ни для кого, мать-одиночка с двумя полуторагодовалыми детьми никак не вписывается в новую политику компании. Я сейчас умою детей, можешь сам разогреть ужин, можешь подождать, пока я их уложу.

И ушла в ванную. Она слышала, как Клим хозяйничает на кухне, но вмешиваться не стала, только когда уложила малышню в детской, заглянула и ахнула. Стол был накрыт, ужин сервирован насколько можно празднично, и Катя даже посочувствовала Аверину — всегда неприятно, когда мечты разбиваются о жестокую реальность. Клим стоял у окна, сунув руки в карманы, и напряженно думал, по крайней мере, несколько вертикальных складок на лбу красноречиво об этом свидетельствовали.

— Ты меня не жди, ужинай, — сказала Катя, — у меня еще обязательная программа по пению.

— Это ребенок тогда тебе звонил? — спросил Клим. Она не ответила и направилась в детскую.

В этот раз малышам как нарочно не спалось, Катя перебрала весь репертуар, а они все ворочались и пыхтели. Наконец, с обеих сторон послышалось тихое сопение, Катя осторожно поднялась с пола и с облегчением прикрыла дверь.

Клима в кухне не было, он нашелся в гостиной.