Чайлдфри

Не знаю точно, в какой момент, или когда нашел тебя в своем офисе, или когда увидел, как ты любишь моих детей, или еще раньше, обнаружив, что ты сбежала босиком и оставила мне, в отличие от Золушки, не одну туфельку, а обе. Тогда я дал слово, что найду тебя. Я люблю тебя. Ты первая женщина в моей жизни, с которой я хочу жить, засыпать и просыпаться, хочу настоящую семью. Ты первая, от которой я сам хочу ребенка. И можешь верить или нет, но ты первая, с которой у меня был незащищенный секс. До тебя у меня была настоящая фобия, Катя.

Она снова дернулась от такого ошеломительного признания, но Клим продолжал цепко держать, а перед ней на стол легли два конверта. Один глянцевый, белоснежный, второй простой, из почтовой упаковочной бумаги. Муж говорил дальше, не переставая буравить ее глазами.

— И я хочу, чтобы ты тоже решила для себя, нужен я тебе или нет, чтобы наша жизнь не превратилась в бесконечные разборки. Ты достаточно узнала обо мне, это надо либо принять, либо нет, иначе нас ждет путь в никуда,  — а дальше сказал уже тише:  — Ты должна решить для себя, хочешь ли ты остаться со мной, как тогда сказала эта тетка из ЗАГСа, и в горе, и в радости. В этих конвертах твой выбор, Катя. Выбери один из них, а второй выбрось. Белый, если ты согласна, серый  — если тебе по-прежнему нужен развод.

Он встал, разгладил брюки, застегнул пиджак, склонился и поцеловал ее руку.

— Я подожду тебя в машине. Сделай выбор, Катенька, только конверт открой потом, когда я уеду. И не забудь выбросить второй, — обернулся Клим на полдороги, и Катя напряглась, чтобы вынужденно кивнуть.

Взяла в руку два продолговатых конверта, на ощупь абсолютно одинаковые. Посмотрела на свет  — внутри сложенные листы бумаги, тоже на вид абсолютно одинаковые. Ну и? Белый? Или нет? Кто бы ей подсказал! И один, и другой конверт обжигали кожу, Катя едва сдержалась, чтобы не вскрыть их тут же. Оба. Снова положила конверты на стол. Клим прав, тысячу раз прав, она должна сделать выбор, и этот выбор очевиден. Белый конверт перекочевал в сумку, а серый она взяла в руки, чтобы выбросить."

"Как оно получилось, Катя сама не поняла. Само, честное слово, само! Когда она подошла к урне, то вместо того, чтобы бросить туда конверт, пальцы быстро расстегнули сумку и затолкали его внутрь. Защелка щелкнула, в двери ослепительно брызнуло солнце, а у входа уже поджидал сверкающий Ламборджини со спокойным и ни капельки не взволнованным мужем за рулем. Катю это даже задело, ему что, безразлично, что она выберет? Она вон уже вся извелась. Потому что нельзя так сразу, надо подумать, все взвесить, и потом только выбрать. Затем она, конечно же, выбросит второй конверт.

В офис влетела с колотящимся сердцем, Клим так и не понял, почему она выскочила из машины, как угорелая.