Утес чайки

Кейт насыпала корма в миску Месси, налила ей воды. Затем устроилась на раскладном стуле перед камином и принялась за макароны. После еды вымыла посуду и заварила чай. Свечи на окне всё еще горели. Сумерки сгущались, Колин не отвечал.

Кейт подумала о Джейсоне и его визите. Руки чесались поглубже копнуть эту историю, но это означало балансировать на грани дозволенного, время от времени почти с неизбежностью ступая на территорию Калеба Хейла. Нет, ей действительно нечего делать в этом расследовании. И то, что Кейт тоскует здесь, в тишине пустого дома, распугивая потенциальных покупателей и флиртуя в «Вотсаппе», и до сих пор не знает, что делать с этим домом, это ее и только ее проблема. В темноте пространство комнаты сужалось, стены будто сдвигались, и свеча на окне казалась прозрачной, а Кейт по-прежнему не находила в себе сил взять сумку и сходить в ближайший супермаркет за яблоками. Вместо этого продолжала довольствоваться нездоровой пищей в обществе кошки. Все это, конечно, нисколько не смягчило бы ее вины, если б однажды Калеб Хейл застиг ее с поличным на его территории, роющейся в вещах, которые ее не касались.

Но она все равно, так или иначе, занималась этим. Вопросы возникали один из другого, и этот поток не остановить. Не имея никаких следовательских полномочий, она все же не была сторонним наблюдателем в этой истории. Когда Амели пропала, Кейт жила в одном доме с Голдсби. Так уж получилось, что она занялась этим делом раньше, чем Калеб Хейл. Наконец, ее навестил доктор Джейсон Голдсби, рассказал последние подробности побега Амели и изложил свои опасения насчет Алекса Барнса. «Я бы так хотел, чтобы они что-нибудь против него нашли… Что-то подсказывает мне, что Барнс – вовсе не тот благородный спаситель, за какого себя выдает. Мне надоело чувствовать себя обязанным ему. Он вцепился в нас мертвой хваткой и просто так не выпустит. Можете что-нибудь сделать? Вы же в Скотланд-Ярде!»"

"Кейт не сомневалась, что не сможет сделать большего, чем уже сделал Калеб Хейл. Она слишком хорошо знала Калеба, который, конечно, просканировал жизнь Алекса Барнса со всех ракурсов. Если бы Барнс действительно не был тем, за кого себя выдавал, Хейл знал бы об этом. Проверять за инспектором Хейлом – напрасная трата времени и сил. Не говоря о риске столкнуться с ним на узкой тропинке.

Кейт включила ноутбук и написала в чистом вордовском документе два имени – Райана Касуэлла и Дэвида Чапленда. Она не имела возможности следить за ходом расследования, но, исходя из того, что знала, могла предположить, что было бы нелишним присмотреться к этим людям. В разговоре с Калебом, пару недель тому назад, Кейт поставила Ханну Касуэлл в один ряд с Саскией Моррис и Амели Голдсби и предположила, что она – жертва того же преступника.