Женщины Цезаря

Однако имелась одна причина, по которой Помпея продолжала иногда присутствовать на собраниях: бывало, членам «Клуба» как раз требовалось, чтобы Аврелия, этот строгий и очень влиятельный столп общества, получила определенную информацию.

Но сегодня Публий Клодий не выдержал.

– Помпея, – сурово обратился он к супруге Цезаря, – эта старая шпионка позади тебя отвратительна! Здесь не происходит ничего такого, о чем не может знать весь Рим, но я против шпионов, а это значит, что мне приходится быть против тебя! Ступай домой и забери отсюда свою противную шпионку!

Ясные ярко-зеленые глаза Помпеи наполнились слезами, губы задрожали.

– О, пожалуйста, Публий Клодий! Пожалуйста!

Клодий отвернулся.

– Иди домой! – повторил он.

Пока Помпея поднималась с ложа, надевала туфли и выходила из комнаты, стояла тишина. За женой Цезаря последовала Поликсена, с обычным деревянным выражением лица, и Дорис, недовольно посапывая.

– Это было грубо, Публий, – упрекнула брата Клодия, когда они ушли.

– Доброта – не то качество, которое я ценю! – огрызнулся Клодий.

– Она же внучка Суллы!

– Мне наплевать, будь она хоть внучкой Юпитера! Мне до смерти надоело мириться с присутствием Поликсены!

– Кузен Гай – не дурак, – сказал Антоний. – К его жене, Клодий, ты и близко не подойдешь. При ней всегда отирается кто-нибудь вроде Поликсены.

– Я знаю это, Антоний!

– У него самого весьма богатый опыт, – ухмыльнулся Антоний. – Не сомневаюсь, что ему известны все до единой хитрости, как наставлять рога мужьям. – Он вздохнул, довольный. – Он – северный ветер, который проветривает нашу душную семью! У него больше побед над женщинами, чем у Аполлона.

– Я не хочу наставлять рога Цезарю. Я только хочу отделаться от Поликсены! – проворчал Клодий.

Вдруг Клодия захихикала:

– Ну, теперь, когда Глаза и Уши Рима ушли, я могу рассказать вам, как прошел обед у Аттика вчера вечером.

– Наверное, тебе там очень понравилось, дорогая Клодия, – сказал Попликола-младший. – Гости были такие чопорные.

– Именно. Особенно в присутствии Теренции.

– Тогда почему о нем стоит говорить? – раздраженно спросил Клодий, еще не успокоившийся после ухода Поликсены.

Клодия перешла на шепот, чтобы придать своим словам больше значительности.

– Меня усадили напротив Цицерона! – объявила она.

– И как ты не умерла от восторга? – осведомилась Семпрония Тудитана.

– Как он не умер от восторга, ты хочешь сказать!

Все повернулись к ней.

– Клодия, не может быть! – воскликнула Фульвия.

– Конечно может, – самодовольно заявила Клодия. – Он рухнул к моим ногам, как инсула при землетрясении.

– И Теренция видела?

– Ну, она сидела лицом к lectus imus, спиной к нам. Да, благодаря моему другу Аттику Цицерон выскользнул из ошейника.