Цербер для непокорной

Я же только что звонила Сергеичу, чтобы прислал тебя за подписанными документами, – говорит она что-то, но до меня плохо доходит в свете сложившихся обстоятельств. – Ты постучись к главному, он как раз заканчивает ставить подписи. Принесешь всю папку сюда, ладно?

Машинально киваю, понимая, что, видимо, она недавно звонила моему непосредственному начальнику, главному юристу рудника. Я же являюсь его помощницей, и то, по блату – из-за просьбы моего брата. Ведь кто возьмет на такое предприятие студентку? И это еще больше давит на меня грузом, ведь ребенок… Что я скажу Богдану?

Встряхиваю головой и, игнорируя слабость в ногах и руках, стучу в дверь кабинета. Дождавшись окрика, открываю ее и переступаю порог, упираясь взглядом в НЕГО. Он поднимает голову от бумаг и проходится по мне взглядом снизу вверх. Встречается со мной взглядами, но… Словно не узнает.

– Вызывали? – хриплю, чувствуя сухой ком в горле.

И делаю шаг вперед, крепко сжимая в ладони тест.

– Добрый день! – первым делом здоровается мужчина, словно делая укор отсутствию у меня воспитания.

Краснею, ведь не поздоровалась первой, но в моей ситуации это простительно, вот только… Директор ведь не знает.

– Добрый… – мой голос звучит слабо и тихо, но господин Галаев уже утыкается снова в бумаги и ставит свою подпись.

В полной тишине кладет договор в красную папку и постукивает по ней, с намеком глядя на меня. Я стою в ступоре, тяжело дышу, собираясь с мыслями, а затем понимаю, чего он от меня хочет, и подрываюсь. Подхожу к нему очень близко, ощущая, как носа касается его приятный парфюм. Чисто мужской, подходящий его жесткой натуре. Касаюсь папки, смотрю на мужчину, не отрываясь. Он в это время уже полностью теряет интерес к моей персоне и глядит в монитор, что-то рассматривая с серьезным выражением лица. Акции, соглашения, финансовые отчеты? Мне не понять, но…

– Вы что-то хотели? – вдруг поворачивает голову в мою сторону и смотрит в мои глаза равнодушным взором.

Ах, да, как я могла подумать, что он забыл обо мне, стоящей к нему непозволительно близко. Ведь это Фарид Галаев, он всегда и все контролирует, так что моя заминка не могла пройти мимо его внимания.

– Я… – сиплю, прокашливаюсь и поспешно качаю головой. – Нет, ничего."

"Боже, Лера, почему ты такая трусишка? Всего два слова, ничего страшного ведь не случится… Правда же? Вот только вместо того, чтобы признаться, как на духу, я открываю и закрываю молча рот.

– Вы свободны, – кивает он, а затем отворачивается, глядя на экран, словно там нечто более важное, чем мое признание.

Хотя чему удивляться? Мужчина, который даже ни словом, ни взглядом не намекнул, не взял ответственность за то, что лишил меня самого дорогого… Но ему плевать, Лера, прекрати уже страдать.