Цена твоей любви

Не садиться в машину, просто быть с ним рядом, смотреть в глаза. Пусть он чужой, не мой, только бы жил.

– Присядьте, не понимаю, почему вас не осмотрели.

– Я в порядке, скорую вызвали строители, там дорогу ремонтируют, я не могла одна вытащить его из машины, дверь заклинило.

На самом деле думала, умру прямо там, пока спасатели резали огромными ножницами искореженный металл машины, а потом вытаскивали Матвея.

Меня осматривают, доктор просит покрутить головой, стучит молоточком по коленям, измеряет давление. А внутри сплошная боль, которая сковывает тело, не давая нормально думать и действовать.

Я должна быть сильной, с Матвеем все будет хорошо, у него деньги, связи, если что серьезное, вылечат, доктор, ведь сказал, он крепкий мужчина.

Но только я, оказывается, все равно слабая женщина.

– Давайте выпьем успокоительное, и надо ехать домой отдохнуть.

– Да, конечно.

– Вас есть кому отвезти? Или давайте лучше я вас оставлю, чтоб понаблюдать.

– Нет, не нужно, меня ждут дома, волноваться будут. Полицейские сказали, что им надо со мной поговорить. Я не могу уйти прямо сейчас.

– Хорошо, выпейте вот это и можете побыть в палате.

Мне в руки дают стакан с водой, выпиваю мелкими глотками, продолжая смотреть в одну точку, чувствуя привкус валерьянки на языке. Иду в палату к Матвею, а там не могу на него спокойно смотреть, вздрагиваю, зажимая рот ладонью, чтобы не зареветь.

Даже случай с Сергеем, который произошел совсем недавно, ушел на задний план. Слишком много событий в моей жизни в последнее время.

Несколько минут просто смотрю на него. Кажется, за те выходные, что мы провели вместе, рассмотрела всего, пока спал. Но нет, жадно скольжу взглядом по лицу, хочу протянуть руки, разгладить глубокую морщинку между бровей, потрогать губы, прошептать, что люблю его, я каждый раз с ним прощаюсь навсегда."

"Нерешительно касаюсь руки, с трудом проглатывая ком, что стоит в горле. Люблю его вопреки всему: здравому смыслу, совести, чести, прошлому, обидам. Он моя карма, судьба, первый, единственный, до боли и слез.

В коридоре шум, но не обращаю на него внимания, рассматривая лицо Матвея, веки подрагивают, губы плотно сжаты, словно ему снится сон, где он с кем-то или с чем-то борется.

– Что ты здесь делаешь?

Вздрагиваю, быстро вытирая слезы, голос режет по нервам. Стук каблуков, оборачиваюсь, Диана смотрит с вызовом, оглядывая меня с ног до головы. За ее спиной тот самый Алексей, водитель Жарова по совместительству, я так понимаю, любовник жены.

– Что ты делаешь около моего мужа?

Вот она, главная фраза: «моего мужа». Она напрягает больше всего, а не эта девица, возомнившая себя принцессой, ей до этого уровня никогда не дотянуться, пусть даже не пытается.

– Мы были с Матвеем вместе в машине и попали в аварию,– отвечаю тихо, смотря в глаза.