Цена твоей любви

Матвей, скажи, что происходит?

– Демидов потерял груз, приехал его хозяин, требует товар обратно, а еще компенсацию. Счета заблокированы, денег нет. Со всем этим приходится разбираться мне.

– Но при чём тут я и Костик?

– Я увел груз, две фуры, почти под завязку груженные наркотиками. У меня был план, как устранить Демидова, забрать все его себе, жить безбедно, ни о чем не думая, как и мечтал, когда был вечно голодным пацаном в интернате. Но все пошло слегка не так, появилась ты. Старик все знает: о нас, сыне, о моей слабости к тебе. Не удивлюсь, что по его указанию убили Сергея, чтоб мне стало сложнее решать его проблемы. Но здесь еще что-то, а еще авария, явно подстроенная, с этим тоже надо разобраться. У меня будет связаны руки, если ты с сыном не будешь под охраной.

– Но зачем? Убить собственного сына? И подстраивать аварию, если ты так нужен Демидову.

– Ты совсем не знаешь эту семью, там не гнушаются ничем, и беременность Дианы сомнительная, я не могу быть к этому причастен, я уверен.

Смотрю в глаза Регины, в них страх, непонимание, веду костяшками пальцев по щекам, хочу поцеловать, сердце бьется чаще.

– Что же будет дальше?

– Хорошо все будет, не переживай.

– Я не могу не переживать, тебя шантажируют мной и ребенком, я не могу не думать о том, что может случиться.

– Я не допущу того, чтоб что-то случилось. Только верь мне.

Видно, как она сомневается, думает, кусая губы, но не отходит, разрешая себя трогать. Не выдерживаю, резко притягиваю, целую, на языке привкус яблок. Не сопротивляется, отвечает, это окончательно срывает все установки и запреты.

Не могу просто так находиться рядом, хочу трогать, чувствовать. Она моя, только моя, царица, богиня, любимая и единственная женщина. Отдам все, сдохну, надо будет, убью голыми руками того, кто обидит ее.

Целую жадно, глотая стоны, Регина царапает плечи, прижимается плотнее, кожа горит под ее ладонями, я сам готов пеплом осыпаться к ее ногам.

– Ты моя любимая девочка, знай это, всегда была ею, все эти годы, – отстраняясь, заглядываю в затуманенные глаза Регины.

– Знаю, – шепчет чуть слышно, снова целую, задирая подол платья одной рукой, трогая нежную кожу.

Хочу ее безумно, член сочится от желания в белье, накрываю ее промежность пальцами, чувствуя влагу на трусиках. Регина стонет громче, запрокидывая голову, веду языком по шее, кусая и сразу целуя.

– Матвей … пожалуйста… а-а-а-а-а… да-а-а-а… еще…

Отодвинув трусики, ласкаю влажную возбужденную плоть, проникая пальцами во влагалище, дурея сам от ее стонов и открытого желания, член дергается, яйца поджимаются.

– Помоги, не справлюсь.

Регина опускает взгляд вниз, облизывает губы, помогает расстегнуть ремень и ширинку джинсов, приспустить их, освобождая член.