Цена страсти (СИ)

Слушай, Машка, а ты же с ним под конец тусовалась, нет? Ты не с ним уехала разве?

– Нет, – не моргнув глазом, соврала я.

– Ну да, – усмехнулась Иванова. – О чём это я. Поди, и Миша твой гонит, что вы трахались? Он тебя, наверное, и голой-то не видел, а ты – его... Девочка ты наша припевочка.

Стародубцева скосила на меня глаза, а я задохнулась от смущения и негодования.

– Ты… ты совсем уже, Иванова! Думай, что говоришь! И Миша – не мой.

– Ой-ой-ой, – засмеялась Анька, – как мы разнервничались, как покраснели! Ну, точно! Нагнал Мишка. Герой, блин, любовник. Да успокойся ты. Что ты так остро всё воспринимаешь? Реально ты как из монастыря. Трахаться – это нормально, ненормально – краснеть при слове «секс» в двадцать лет. А с чего это вдруг Миша уже не твой? Разбежались? Из-за чего?"

"– Не твоё дело, – огрызнулась я. Тоже мне, нашлась нормальная.

А с Мишей мы и правда расстались. Не было никаких объяснений-выяснений – он просто перестал со мной здороваться. Когда встречались в универе, он делал вид, что не замечает меня, но выглядел при этом очень обиженным, а я, если честно, только вздохнула облегчённо и… тоже перестала его замечать. Но Аньку всё это вообще никак не касается.

– А, наверное, из-за этого и разбежались? – не отставала она. – Надоело ему впустую окучивать невинную овечку? То-то он, как подопьёт в общаге, ко всем девкам подряд приставал. Потом просил меня, чтоб я его тебе не палила. И я ведь, как дура, его прикрывала вечно, а он такая скотина оказался. Да... Миша-то, конечно, козёл, но и ты, Машка, имей в виду, что все такие. В смысле, не козлы, в смысле, всем мужикам надо тра…

– Вот только давай без этого, – не выдержав, я перебила её. – Уж как-нибудь обойдусь без твоих уроков житейской мудрости.

Иванова наверняка не угомонилась бы, но тут подошёл мой троллейбус. Я демонстративно попрощалась только с Алёнкой Стародубцевой, на Иванову даже не посмотрела – выбесила она меня. Но то, что она рассказала, всколыхнуло во мне всё то, что и так ныло, свербело, не давало покоя.

Ведь из-за меня, получается, Олег ввязался в драку с Мишей, из-за меня не вернулся в казарму и теперь наказан. Если бы я не жаловалась на то, какая у меня строгая домохозяйка… если бы не говорила ему про Мишу…

Не знаю, чего я хотела, чего добивалась и вообще о чём думала, но через две остановки вышла и пересела на другой троллейбус. Доехала до ИВАТУ. Дважды прошлась мимо закрытых ворот и будки КПП.

Потом рискнула, сунулась. Спросила, умирая от смущения, нельзя ли повидаться с Олегом. Дежурный, примерно того же возраста, что и Олег, разглядывал меня с нескрываемым любопытством.

– Фамилия? Курс? – спросил он наконец.

– Я... не знаю... – пролепетала я, краснея. – Я только имя знаю...

– Имя... – усмехнулся парень.