Целительница моей души

А вдруг он выжил и сбежал?

— Пожара не было, — покачал головой король, и тройняшки разочарованно взвыли. — Тела были сильно изуродованы, но Тропорлайвистава опознали по одежде и королевскому перстню, а артефакт указал на королевскую кровь. Причём, второй раз этот артефакт использовали на похоронах, перед кучей свидетелей, в том числе и перед послами других стран. Коронация младшего сына Тропорлайвистава была назначена на следующий день, поскольку старший женат не был, законного наследника не оставил. Думаю, известие об этом придёт со следующей почтой, а точнее — со следующим кораблём.

— Эймереннитор теперь король, — кивнула я. — Я была знакома с ним, он славный. Даже говорил, что женится на мне, когда я подрасту, — воспоминания о том разговоре вызвали улыбку. Я была тогда такой юной и верящей в радужное будущее.

— Ну уж нет, — усмехнулся король. — Ты — моя невеста, и я тебя никому не отдам.

— Да я и сама ни за кого больше не пойду. А в Эймереннитора я даже по — детски влюблена не была, он просто мне нравился как… ну, как друг. Это был мой первый большой бал, он танцевал со мной, приносил вкусняшки, но никаких романтических чувств не вызвал, хотя возраст у меня тогда был самый подходящий для первой влюблённости. Но против возможности нашего будущего брака я ничего не имела — если потенциальный жених вызывает приязнь, это уже большая удача. Всё могло перерасти в нечто большее — но случилось… то, что случилось.

— Да, это случилось, но теперь злодей наказан, а наша жизнь продолжается, — король улыбнулся Веле, сидящей ближе всех к плите со стоящим на ней чайником. — А для меня чашечка чая не найдётся? Думаю, раз уж я пришёл, нам всем стоит познакомиться поближе.

Чашка чая нашлась и для него, и для Милларда с Арбеном, которые, взяв по чашке и паре печенюшек, разошлись кто во двор, кто в приёмную, нести службу по охране своего короля. А я так и осталась у него на коленях, словно это в порядке вещей. Хотела встать, но меня придержали, а я подумала — почему бы и нет? Лишнего стула в кухне всё равно нет, а окружающие восприняли это настолько спокойно, что я даже удивилась.

Или просто всем было не до того, где и как я сижу, поскольку, в отличие от младших, всё же старающихся к самому королю напрямую не обращаться, Ρин и тройняшки засыпали его вопросами о нашем будущем, Вела же, налив ему чаю, помалкивала, но меня это не удивило — она в принципе не была особо разговорчива с посторонними, такой уж у неё был характер.

Зато тройняшки никогда особой застенчивостью не страдали, и как только король, познакомившись со всеми, предложил задавать вопросы, они посыпались из них, словно зерно из дырявого мешка. Причём интересовались они не только тем, что касалось лично их, но и остальных членов семьи.