Черный меч царя Кощея

Хорошо ещё из темноты вдруг вышло что-то огромное, как Кинг-Конг, и, схватив нас за шиворот, заорало Митиным голосом:

— Пришибу обоих лбом об пенёк! Где сотрудники мои отважные, Бабуля-ягуля да Никита свет-Иванович?!

— Тута, — пискнули мы с бабкой.

Гигант мгновенно прижал нас к груди и расплакался…

— Не надо, Мить.

— Надо! Слёзы сами рекой текут. Не позволили вы мне с вами остаться, дак я уж и решил, что вы в норе Кощеевой смертью храбрых сгинули. А мне, сироте, куда без начальства любимого да хозяйки тихой?! Утопиться в какой-нибудь луже, и вся недолга…

— Пусти, ирод, косточки ужо хрустят с подозрением, — сипло взмолилась Яга, но Митя не слушал.

— Да я за-ради вас, за-ради милиции любимой, за-ради отделения Лукошкинского, я ж…

Всерьёз опасаясь поломки бабкиного позвоночника, я, не целясь, пнул Митю коленом между ног.

— Упс! — сообщил нам наш младший сотрудник и, разжав объятия, рухнул ничком.

— Спасибо, Никитушка, — отдышавшись, поблагодарила глава экспертного отдела и с развороту пнула Митю лаптем под рёбра. — Ить вся жизнь перед глазами промелькнула, от детства босоногого до работы оперативной! С такими-то друзьями за каким хреном нам ещё и враги сдались?!

— Согласен, — подтвердил я и протянул стонущему напарнику руку, помогая подняться. — Спасибо, что дождался. Ты в порядке?

— Ещё не знаю, — фальцетом откликнулся он, подумал и уже нормально ответил: — Жить буду, а вот насчёт женитьбы да детишек не уверен…

— Я те потом, когда надо будет, средство чудодейственное дам. Мажь не жалей! — осторожно пересчитывая старческие рёбрышки, пообещала Баба-яга. — А счас… Ой!

— Что? — дёрнулись мы с Митей.

— Дык спросить его хотела. Вспомнилось вдруг. Дьяк-то где?

В общем, как вы, наверное, и сами поняли, гражданин Груздев, пользуясь случаем, резко пришёл в себя и сбежал без малейших проблесков совести. Искать его в тёмном лесу, в непосредственной близости от Кощеева жилища, мы не рискнули. Просто пошли в дремучий лес куда подальше, вышли на широкую поляну и уже почти перед самым рассветом, замёрзшие и голодные, кое-как развели костёр.

— Как думаете, куда он мог пойти?

— Дьяк Филька-то? Да куда угодно! Рази ж кто предугадает, в какой момент ему что в голову стукнет! Может в Лукошкино вернуться, может к Кощею пойти, а может и просто так по лесу тёмному круги наворачивать, лешего веселить.

— Так леший здесь?! Мы с ним вполне контачим. Давайте я…

— Энто образное выражение, — обрезала Яга, подёргивая плечами. — А ты, Митенька, чего на меня уставился? Неумытая бабушка, да?

— Черней эфиопской царевны Тамтамбы Мумумбы, — честно признал наш младший сотрудник. — Боюсь даже спросить, где вы так личико изгваздали-то?

— В печь кухонную к Кощеюшке лазила, — не особо охотно призналась хмурая старушка.