Черный меч царя Кощея

Чтоб его, этого фон Дракхена, с его оборонительными сооружениями! Действительно, все попытки попасть во дворец на вершине горы были заранее обречены на неудачу. Во всех случаях меня туда доставляли. Правда, серый волк Митя один раз как-то забрался сам, но не факт, что он сумеет повторить этот подвиг со мной на спине. Тогда как быть?

— А я те подскажу, — хитро подмигивая, улыбнулся Мороз Иванович. — Ты отселя вдоль лесу на закат иди, встретишь деревеньку малую, два забора, три двора, четыре тына. В той деревне старика Емельяна спроси, он те поможет!

— Ещё раз спасибо, дедушка! — крикнул я, чувствуя, как за спиной вырастают крылья. — Непременно жду вас в январе в отделении! Не зайдёте, обижусь!

— Куды от вас денешься? — добродушно хмыкнул бородатый любимец всех детей и скрылся за ситцевыми занавесочками.

— Ну, что стоим, кого ждём? — сам себя спросил я. — Шагом марш направо, в деревню, к старине Емельяну, хрен его знает как по фамилии и отчеству, но на месте разберёмся. Митьку будить смысла нет, пусть выспится парень, назад дорога долгая…

На самом-то деле мои причины пойти одному были куда более прозаичными. Наш младший сотрудник в деревне голову терял от ощущения «малой родины». Вспомните, какие весёленькие каникулы мы провели у него в Подберёзовке. До сих пор мороз по коже, как в памяти всплывают самогонные посиделки, драки, стрельба, частушки матерные и завораживающие глаза жены Кощея, страшной Карги-Гордыни…

Нет, с Митькой в русскую деревню я больше ни ногой! Ну и вторая причина, может быть даже более весомая, чем первая. Он же у нас сейчас в образе серого волка. Вот и представьте: вхожу я в деревеньку из — как там было сказано? — трёх дворов, с живым волком на поводке, к дикой радости всех собак и местных жителей с вилами.

Как говорит в таких случаях незабвенный гробовщик и портной Шмулинсон? «А оно таки мне надо?» Так вот, мне оно точно не надо. Я уж лучше как-нибудь сам…"

"Дед Мороз не соврал: наверное, уже через полчаса хорошей пешей прогулки вдоль леса за холмом показались покосившиеся крыши стареньких избёнок. Над одной курился дымок. Когда я подошёл поближе, меня вполне предсказуемо облаяла тройка-четвёрка низкорослых дворняжек.

Впрочем, из-за заборов и плетней они высовываться не рисковали, но охотно высказывали всё, что обо мне думают, издалека. В принципе можно было бы и взять с собой Митю. Что-то часто я стал перестраховываться…

— Ау! Э-ге-гей! Граждане-крестьяне, есть кто дома? — громко прокричал я, обращаясь ко всем трём избушкам сразу.

В одном домишке промолчали, но на всякий случай захлопнули ставни. Не очень вежливо, но что поделать, нежданных гостей нигде не любят.