Царевичи

Бедра до сих пор немного дрожали из-за двух сильнейших оргазмов – после секса в спальне Лёва отнес меня в душ, где наравне с членом и руками в ход пошел и его язык…

– Зверски проголодался! – мой парень наполнил тарелку шакшукой и, обратив внимание, что я все еще переминаюсь с ноги на ногу, указал на пустующий стул. – Братишка готовит, как гребанный Рататуй! Помнишь, был такой мультик про крысу с помойки?!

– Вики, ты уже привыкла к его дебильным шуткам? – губы Миши растянулись в мягкой улыбке, а взгляд, направленный на меня, источал озорство.

Вики?!

Я открыла рот, но слова не успели слететь с губ, так как в этот миг телефон Льва истошно заорал: «Возьми трубку, скотина! Возьми трубка, скотин-а-а!» Лев поднялся, до хруста сжимая подсвеченный айфон.

– Скоро вернусь. Надо перетереть.

«Возьми трубку, скотина! Возьми трубку, скотина-а!» – продолжал надрываться мобильник. Прищурившись, Миша покрутил пальцем у виска.

– Смени мелодию или поставь на беззвучный. Кретин."

"Перед тем как скрыться за массивными черными дверями, Лев показал брату средний палец и поспешно добавил:

– Поухаживай за Викой, Рататуй!

– С удовольствием. – Уголки пухлых губ Миши поползли вверх, когда наши взгляды столкнулись. – Яичница или блины… м-м?!

Он улыбался!

Самозванец как ни в чем не бывало кривил губы, не сводя с меня наглых глаз. Я молча кивнула на блины. Не переставая сверлить меня взглядом, близнец положил на блюдце несколько румяных блинчиков и, щедро сдобрив их джемом, пододвинул тарелку ко мне.

– Или продолжим с того момента, на котором нас прервали? – его ухмылка стала шире.

От такого предложения я даже пронесла блинчик мимо рта. В горле пересохло. А когда наглец запрокинул голову, и его грудь затряслась от беззвучного смеха, аппетит окончательно испарился.

– Да расслабься. Я наслышан об этом ритуале.

– О каком еще ритуале? – осторожно переспросила.

– Погладить член незнакомца на счастье.

Ну что за сказочный придурок?

Я презрительно фыркнула:

– Ты издеваешься, да?

– Ага, – он снова рассмеялся. Его смех звучал приятно и грубо одновременно. – Вики, прости. Мне правда жаль. – Я думала, что мне послышалось. – Просто у тебя было такое лицо…

Вздохнув, я отодвинула тарелку, уставившись в окно. Скорее бы Лёва вернулся.

– …Ну ладно-ладно, – Миша поднял ладони в примирительном жесте.

– Ты ему расскажешь? – тихо поинтересовалась.

– А есть что? – собеседник качнулся вместе со стулом, совершенно забыв о тарелке с блинами перед ним. – Вряд ли ты трогала меня со злым умыслом. Или мне следует вызывать полицию нравов? – близнец усмехнулся.

– Почему ты меня не остановил? – я опустила вилку, откинувшись назад.

Выражение его лица внезапно перестало быть веселым.