Царевичи

Его руки и живот были такими загорелыми и рельефными, что я не сдержалась, смочив губы кончиком языка.

– Не думаю, что это хорошая идея…

– К хуям стеснения, – дерзко усмехнувшись, Лев подался вперед, скользнув крупной бледно-розовой головкой по моим складочкам.

Он усилил запретные ощущения неторопливым влажным поцелуем.

– Иди сюда! – усевшись в кресло, Лев потянул меня к себе на колени, усаживая прямо на набухший член.

Распахнув полы халата, парень провел ладонями по моим бедрам, легонько шлёпнул по ягодице, а после прижал большой палец к изнывающей дырочке. Его член, казалось, стал еще прямее. Взгляд не отрывался от моей обнаженной промежности. Испытывая смущение, я попыталась прикрыться руками.

– Ты так сильно возбуждена… – хрипло посмеиваясь, он сильнее раздвинул мои ноги, потирая загрубевшими костяшками у самого входа.

Сидя с каменой эрекцией, Лев неторопливо играл с клитором, не сводя с меня словно пьяного взгляда. На миг захотелось признаться ему в том, что произошло в кухне, но страх быть непонятой заглушил тоненький голос совести.

– Я соскучилась… – сама того не осознавая терлась о его руку."

"– Я тоже. Прости, что повел себя как ссаный мудак. Я все объясню. – Лев размазал влагу по складочкам и поднес пальцы к моим губам, внимательно наблюдая, как я их обсасываю, – но только после того, как заполню эту сладкую киску своей спермой, – он легонько стукнул по клитору. – Хочешь кремовый пирог… м-м?

От этой «угрозы» стенки влагалища сладко сжались, возбуждение маленькими фейерверками прострелило низ живота, однако я нашла в себе силы возразить:

– Помедленнее на виражах, я еще не принимаю таблетки… – оттопырив попку, плавно покачивалась на его бедрах.

Нагло посмеиваясь, Лёва сгибал и разгибал пальцы у меня внутри. Его член, прижатый к моему бедру, реагировал на каждое еле уловимое движение.

– Порнухи пересмотрел. Поэтому не терпится накачать тебя…

– Эй! – смеясь, выставила ладонь, затыкая наглецу рот. – Дальше можешь не продолжать.

– Принцесса… – несильно прикусил фалангу моего большого пальца, – я на полном серьезе хочу, чтобы все знали, кому ты принадлежишь. Кто у тебя первый… – надавив на какую-то чувствительную точку в глубине, любимый сорвал с губ стыдливый стон. – До сих пор не верится… – Лев облизнулся от вида моих выступающих сосков. – А ведь я сразу понял, что ты полюбишь секс. Именно я сделал тебя такой…

– Какой?! – спросила на полувдохе, борясь с подступающим оргазмом.

– Одержимой…

Завороженно наблюдая, как его ладонь исчезает в моем теле, я облизывала пересохшие губы. Так остро нуждалась в нём, что не могла связно излагать мысли.