Коллекция бывших мужей

Что значило: я тебя услышал, понял твою заботу, благодарен, но поступать буду, как считаю нужным.

Пару секунд мы смотрели друг другу в глаза, понимая и чувствуя, как бывало раньше в нашей совместной жизни, с полуслова, с одного взгляда.

И он совсем мимолетно, еле заметно улыбнулся мне правым уголком губ и… пошел навстречу Марчуку.

«Ну извини, капитан — усмехнулась я мысленно. — Сделала, что могла, сам подставился!»

А настроение у меня внезапно само собой улучшилось! И я не без удовольствия заняла более удобную позицию для наблюдения, сложила руки на капоте джипа и приготовилась лицезреть сцену «избиения младенцев».

Надо отдать должное — вступление перед первым актом разбора полетов было впечатляющим — Илья Георгиевич с таким выражением лица подходил к группе коллег, что способен был одним своим видом воодушевить на крутые подвиги.

Отрывался Илья Георгиевич с огоньком и от души!

— Какого хрена ты уткнулся в одну версию?! — гремел он на всю улицу своим прекрасно поставленным голосом. — Тебе сказано было: разрабатывай и других фигурантов! Нет, уперся, придурок: на ней все сходится! Обиделся на барышню, допечь ее захотелось! Сопляк!! Допек, что стрельбу в центре города развели, как в девяностых, гангстеры хреновы!! Скучно жить стало в городишке?! «Тихо вокруг»?!

Марчук что-то пробурчал крайне недовольно. Понятно, с гремевшим во всю ширь Башкирцевым ему не тягаться, но лучше бы он промолчал, ей-богу, как-то он неосмотрительно…

— Полномочия?! — взревел еще пуще Илья Георгиевич. — Да я тебе, сопляку, мандатиками трясти не стал, пожалел, не хотел мешать работать!! Я тебе такие властные полномочия предъявлю, что ты с начальством своим на пару по лимону добровольно в задницу засунете, чтобы кислее было!

Эта пламенная речь перемежалась легким, можно сказать, бытовым матерком.

А хорошо, да? — порадовалась я.

Но вскоре грохотания Башкирцева пошли на убыль, диалог принял более спокойные и продуктивные формы, и о чем они там беседовали, мне уже слышно не было, к тому же в это время врачи приехавшей «Скорой помощи» закончили возиться с задержанным, пересадили его к себе в машину под конвоем двух полицейских, доктор подошел ко мне, и я вынуждена была отвлечься от наблюдений.

Да и не слышно стало совсем их беседы — подъехало еще несколько машин, как я поняла, с каким-то полицейским начальством и машина местных телевизионщиков, полезших было поснимать-поспрашивать."

"Тем временем доктор проверил мои реакции, предложил успокоительный укольчик, но я отказалась — чего мне успокаиваться, я особо и не нервничала, только за Илью испугалась сильно.