Бывшие. Я тебя верну!

– Наташа, – не смог уйти молча, – можно обнять тебя?

Мне необходимо это. Рядом с ней всегда легче становилось. Горы свернуть получалось.

– Рома, я…

– Пожалуйста. Мне нужно.

Вероятно, ей стало жалко меня. Сама подошла и прижалась. В этом не было ничего сексуального, только поддержка.

– Спасибо, любимая.

Теперь можно посмотреть правде в глаза. Силы появились. Я приехал к матери.

– Спит? – спросил безразлично. Не к Ване лично. Ко всему, что входило в этот порочный круг. Мама кивнула. – Теперь рассказывай все…

Глава 36

Роман

Мама уже взяла себя в руки. Никаких следов слез и истерики. Она сосредоточенно готовила ужин. В десять часов вечера.

– Садись, поешь.

– Я не голоден.

Апатия постепенно сменялась злостью. Ладно меня наебала Юля. Мой отец оказался похотливым подонком. Но мать! Мама моя. Знала и смолчала тогда. И сейчас тоже! Позволила мне творить дичь и ни словом не обмолвилась о своих опасениях.

– Мальчик просыпался. Я покормила его, температура спала.

Я молчал.

– Он сначала испугался, потом нормально. Бабушкой меня назвал.

Я не ответил. Попытка увести разговор в сторону не удалась.

Мама присела напротив, кружку с чаем покрутила, на меня смотреть прямо избегала.

– Я застала их вместе в кабинете. Ты тогда в город умчался по работе, а у меня голова болела. Я прилегла. Андрей сам мне снотворное принес. Хотела отдохнуть перед праздником. Не знаю… Я не стала пить, решила просто поваляться. Через полчаса поднялась. Гости должны были съезжаться начать… – Она замолчала, словно заново переживала момент. – Твой отец никогда не изменял мне. В этом я была уверена. Если бы сама не увидела, не поверила бы. Так мерзко, – скривилась она. – Он даже брюки не снял, торопился.

– И? – твердо подтолкнул, когда молчание затянулось. Во мне сейчас не было сочувствия к ее боли. Если бы мать не скрыла, я никогда не оказался бы в такой жопе. А я ведь переживал, когда Лазарева рассталась со мной! Что происходило сейчас со мной – я даже словами не мог описать. Хаос – самое приблизительное. И никто не облегчил совесть и не открыл глаза на нее. Понятно, конечно: в дерьме перемазались и предпочли меня лопухом оставить.

– Юля эта сразу овечкой прикинулась: глазки в пол, мол сам ко мне полез. Не хотела она. Плакать начала. Мерзавка. Не зря сразу мне не понравилась.

– Могла бы и меня просветить. Правду рассказать, – холодно вставил. Мама громко вздохнула.

– Ты знаешь своего отца: он долго отпираться не умел. Все рассказал мне. Я никогда в его любви не сомневалась, что верен мне, но то ли кризис, то ли мозги поплыли на старости лет, – развела руками. – В ресторане они познакомились. Эта девка сопровождала кого-то. Молоденькая, восторженная, благодарная. Соблазнился Андрей, спать с ней начал. Содержал, квартиру снимал.