Бывшая сводного брата

Он перекидывается с моим отцом несколькими фразами, распахивает свою дверь, выходит из авто.

Следом за ним отец покидает пассажирское кресло. Обходит машину, садится за руль, осматривается вокруг, изучает кнопки и рычаги на торпеде.

— Вань, не переживай. Здесь я справлюсь, — заверяет моего одногруппника. — Приезжать по адресу, который в навигаторе?

— Да! — отзывается он.

Смотрю на странные телодвижения, слежу за временем. Нам бы поторопиться. До дедлайна совсем ничего.

Рядом резко распахивается пассажирская дверь. Удивлённо поворачиваюсь в сторону. Неужели Ванька решил прокатится сзади?

— Подвинутся? — спрашиваю у одногруппника так и не понимая его мотивов.

— Обязательно! — произносит с нервной ухмылкой. — Ты со мной? Или предпочитаешь остаться здесь?

И тут до меня доходит… Как до жирафа.

— С тобой! — говорю с жаром. Выскакиваю на улицу, со всех ног бежим вперед.

Нам нужно пробежать каких-то три километра! Успеть до начала боя! Поговорить!

— Если дворами побежать? Хоть немного срежем? — спрашиваю у Ваньки.

— Хрен знает, — отвечает. — Не стану сейчас рисковать.

— Поняла, — отзываюсь. Прибавляю скорость. Бежим.

Мы проносимся мимо домов, в бешеном ритме пробегаем кварталы, срезаем там, где можно срезать. Торопимся, как можем. Подбегаем к невысокому зданию, нас стопорят охранники. Ваня перекидывается с ними парой фраз и нас пропускают.

Свист, улюлюканье и громкие крики наполняют пространство вокруг нас.

— Макс, не дури! Тебе не выстоять против него! — тренер пытается вразумить меня. Бесполезно. Я уже дал свое слово, отступить не получится.

Тревогу Тараса Ильича прекрасно понимаю, но уже ничего не изменить. На попятную не пойду.

Мой противник опытнее и крупнее, он в два счета разделывается с такими сопляками, как я. Но у меня нет выбора. Я должен выйти на ринг.

Ярослав хоть и последний ублюдок, но как ни крути, он мой сводный брат. Встал на скользкую дорожку, прошёлся по ней и угодил в болото. Из которого, как считает, выхода нет. Есть! Только не каждый согласится на условия, чтобы позволили все бросить.

У всего есть своя цена. У свободы Яра тоже. И за нее придется платить мне. На кону стоит слишком много. Мой брат придурок, но не бросать же его в болоте. Придется вытаскивать. За уши.

Матушка слишком дорожит браком с Ольховским, чтобы я вот так просто позволил его сыну загубить себя. Да и Богдан Глебович в свое время не бросил меня в беде. Пора отплатить ему добром за добро. Пусть и с риском для жизни.

— Откажись пока не поздно! — тренер продолжает продавливать свою точку зрения. — Могу все устроить. Обойдемся практически без потерь.

— Тарас Ильич, не стоит, — остужаю пыл человека, которого безмерно уважаю. — Выбора все равно нет. Придется драться.