«Сандал», которого не было

Старшим звена был Змей, он расположился с комфортом в одной комнате, двое подчиненных теснились в другой на раскладушках, а Шумахеру и вовсе пришлось устроиться на тощем, брошенном на пол матраце. Впрочем, ему было не привыкать к спартанским условиям: и на земле спать приходилось, и в лесу под дождем, и в холодной землянке, да еще в условиях постоянной угрозы нападения противника… А тут тепло, сухо и безопасно.

В первый же день его вызвали в офис, и врач в белом халате осмотрел зажившую, но еще свежую рану. Сделано это было под предлогом заботы хозяина о его здоровье: не разошлись ли швы, нет ли опасности воспаления… Потом какой-то человек, с ловкостью, выдающей профессионала, откатал отпечатки пальцев: дескать, все члены Организации проходят эту процедуру. Под тем же предлогом ему предложили написать автобиографию. Шумахер не возражал: во‑первых, соответствующая «легенда» у него имелась, а во‑вторых, сопротивление ничего не даст и только осложнит его отношения в группировке.

Работой поначалу загружали не сильно:

– Ты сейчас, главное, присматривайся, знакомься с людьми, запоминай что к чему! – сказал Шумахеру Змей. А он редко говорил сам от себя: чаще повторял указания Тайсона.

Он и присматривался, и запоминал, стараясь разобраться в непривычном мире, в который так неожиданно окунулся. Откуда, например, берутся прозвища? Ну ладно, Худой действительно напоминал жердь, хотя был жилистый и выносливый. Гришанчика звали Гришей, и тут тоже все понятно. Но почему Змей? В крепком немногословном парне на вид не было ничего змеиного. Какой-то особой хитростью он вроде бы тоже не отличался. Может, коварен? Или умеет искушать, как библейский Змей? Да вроде не похоже…

Спрашивать Шумахер не стал: расспросы, как он понял, здесь не приветствовались. Тем более что, задавая вопросы, надо быть готовым и отвечать на них. Поэтому он только слушал, тем более что парни не особо скрывали свое прошлое. Худой провел два года в колонии за грабеж, Змей дважды просидел несколько месяцев под следствием, но до суда дело не дошло. Худой любил выпить, но знал меру, иногда они с Гришанчиком покуривали анашу. Змей в основном вел здоровый образ жизни и ходил в «качалку», хотя иногда напивался для расслабления. Словом, люди как люди. С убогим лексиконом, блатными словечками, малообразованные, но люди. Правда, лица и манеры у них были бандитские, и если бы Шумахер в свое время встретил их в Сагашкинском лесу, то, скорей всего, пристрелил бы всех троих без разговоров… Но времена изменились, а как говорится, «времена не выбирают, в них живут и умирают»… Задачей Шумахера было выжить в новой обстановке.