Младший вовсе был дурак

Сила, которую вы, смертные, не можете даже осознать.

Колдун повернул голову в мою сторону, поднял кулаки и ринулся на меня.

— Спроси, как его зовут! — крикнула мне Лаврентьева.

— Как тебя зовут? — спросил я, и костяные кулаки замерли в метре над моей головой.

— Пан Евронимус—Манту—Мильком. Принц Тьмы с сотней имен. Задавайте свои вопросы.

— Говори тише, — попросил я.

Мертвяк не удостоил меня ответом, обратив безглазое лицо к Лаврентьевой.

— Зачем ты явился в Таэрию? — спросила девушка.

— У Принца Тьмы не может быть хозяина! — взревел Евронимус. — Я — Тьма! Живое воплощение смерти! Я иду вместе со своими братьями, как предписано Последним пророчеством! Никто не сможет нас остановить!

Руки Ленки дрожали все больше. Я сделал шаг, чтобы приблизиться к ней и поддержать, но та предупреждающе качнула головой, а Принц Тьмы продолжал говорить:

— Когда три красных петуха покинут гнездо, забыв о долге, лунный свет коснется лепестков полуночного цветка, заставив его раскрыться, настанет вечная ночь. Последний наследник земного престола будет править Смертью, последний оплот падет, Тьма вселится в умы и сердца. Миры прекратят существование, время взорвется!

Девушка слабела. Я собрал тепло, вытянул его узким щупом в сторону Лаврентьевой и коснулся ее руки. Ноги мгновенно подкосились, Ленка, как утопающий хватается за соломинку, ничего не соображая, присосалась к щупу и потянула из меня силы. Я рухнул на колени.

— Конец времен близок, близко время Тьмы, абсолютной власти Мрака, — колдун приблизился к Ленке и навис над ней, как лавина, потянувшись костлявыми руками к ее лицу. — Последнее пророчество всегда в мою пользу!

— Но всегда находится тот, кто все портит! — крикнул я и метнул в мертвяка огненный шар.

Колдун закричал, отшатнулся от девушки и с визгом провалился под землю.

Лаврентьева без сил рухнула на обожженную почву. Я подполз к ней и приподнял ее голову.

— Спасибо, — одними губами прошептала девушка.

— Ты совсем без сил, я сейчас.

Действовать нужно быстро. Требуется энергия. Жаль, солнце совсем пропало в серо-черном облаке пепла, придется черпать силу из других источников.

Сосредоточившись, я собрал из почвы тепло, какое только сумел достать, охладил воздух, опустив температуру едва ли не до нуля, и осторожно проверил уровень собственных неприкосновенных запасов. Критический, но не смертельный. Не стопроцентно смертельный. А Ленке нужна сила.

Я резко поделил остатки собственного тепла пополам и послал импульс в ладони, сжимающие голову девушки. Перед глазами на миг возникла кроваво-красная пелена, зато Лаврентьева вздохнула и подняла голову.

— Спасибо, — поблагодарила она вслух. — Достаточно! Не хватало тут еще одного трупа.