Где бы ты ни скрывалась

К счастью, нос все-таки не сломался, или это был не самый страшный перелом.

Конечно, к врачу я не пошла.

Ли торчал у меня пять дней. На следующий день он не разговаривал со мной, смотрел так, как будто я сама по дурости упала где-нибудь на улице. Правда, он все-таки приготовил мне суп и помог умыться, осторожно промокнув салфеткой мое разбитое лицо.

Еще через день он стал нежным и заботливым, он сто раз повторил, как он любит меня. Он говорил, что я принадлежу ему, ему одному, и пусть кто-то только попробует на меня посмотреть, он сразу убьет этого нахала. Он сказал об этом как бы между прочим, как будто я и так должна была это знать. Я знала, что он способен на такое. Я даже в этом не сомневалась.

Пришлось терпеть его присутствие. Пока я не придумала план побега, надо было играть по его правилам. Я соглашалась с тем, что принадлежу ему. Я извинялась за свои возможные ошибки и твердила, что тоже люблю его.

В среду вечером он отправился на работу, и я стала думать, что мне делать. На улицу не выходила — вдруг опять следит за мной? — и боялась, что он может вернуться, чтобы удостовериться, что я ничего не замышляю.

Звонить в полицию я раздумала. Во-первых, он проверяет мои звонки, а во-вторых — что толку? Даже если на него заведут дело, станут допрашивать, он все равно останется на свободе и волен будет поквитаться со мной, как его душе будет угодно. Избить меня. Убить меня.

В четверг я вызвала слесаря и поставила новые замки на основную и заднюю двери. В ту ночь в первый раз я начала тщательные проверки всех замков и запоров.

В понедельник он так и не появился, и я стала думать: а вдруг его замучила совесть и он больше не придет? Вдруг он переживает, мучается, не может смотреть мне в глаза?

Ха! В те дни еще оставался какой-то оптимизм, хотя бы жалкие его крохи.

На работе в понедельник меня окружили заботой и сочувствием. Никто не сомневался, что у меня действительно был грипп, — я похудела на пять кило за неделю, была бледная как смерть, да еще с болячкой на губе. Распухшая переносица уже не выглядела так устрашающе, а синяки были надежно спрятаны под несколькими слоями тонального крема.

Меня отпустили рано — в четыре я уже была дома."

"Первые полчаса я провела, осматривая замки на дверях и окнах. Вроде бы все они оставались надежно запертыми, и я вздохнула с облегчением. Я не осмотрела спальню, не думала, что это необходимо, поэтому когда в десять вечера подошла к кровати, то не смогла сдержать крик, увидев на подушке связку ключей и записку:

Заказал еще ключей для твоих новых замков — может, пригодятся?

Увидимся позже.

Целую.

Твой Л.Весь следующий час, рыдая в голос, я обходила дом сверху донизу и наоборот, пытаясь понять, каким образом он смог в него проникнуть. Я так и не поняла, как это ему удалось.