Буря Жнеца. Том 1

Странник прищурился, стараясь проникнуть взглядом во мглу под тяжелыми бровями, где поблескивали маленькие, близко посаженные глазки цвета неограненного граната.

– Это мой храм, – сказал Странник. – Не помню, чтобы я рассылал приглашения… гостям.

Снова негромкий смех, но веселья в нем не было слышно. Только горечь, густая и резкая, как запах, жалящий ноздри бога.

– Я помню тебя, – раздался низкий рокочущий голос существа. – И знаю это место. Знаю, что тут было. Тут было… безопасно. Ну, да кто теперь вспоминает Обители? Кто знает достаточно, чтобы заподозрить? И пусть они охотятся за мной сколько им угодно – да, в итоге они меня найдут, я знаю. Возможно, уже скоро. А теперь еще скорее, раз ты меня обнаружил, Господин плиток… Он ведь мог вернуть меня, вместе с остальными… дарами. Однако не сумел. Обычная судьба смертных.

Он говорил не ртом. Густой грубый голос звучал в голове Странника; и хорошо – с такими клыками слов было бы не разобрать.

– Ты – бог.

Снова смех.

– Да.

– Ты вышел в мир.

– Не по своей воле, Господин плиток. Не так, как ты.

– А…

– Мои последователи умерли… ох, как они умирали. Их кровь пропитала полмира. И я ничего не мог поделать. И ничего не могу.

– Есть что-то в том, – заметил Странник, – чтобы держать себя в узде. Но как долго ты сможешь все контролировать? Как скоро ты вырвешься за пределы этого храма – моего храма? Как скоро ты явишься на всеобщее обозрение, раздвигая плечами тучи и рассыпая горы в пыль…

– Я уберусь отсюда задолго до этого, Господин плиток.

– Приятно слышать, бог, – ответил Странник с сухой улыбкой.

– Ты выжил, – промолвил бог. – Жив до сих пор. Как?"

"– Увы, – сказал Странник, – тебе мои советы не помогут. Моя сила быстро тает. Она уже серьезно пострадала – из-за погромов, которые форкрул ассейлы устраивали против моих последователей. Думать о еще одной подобной неудаче было невыносимо… я добровольно оставил почти все и в результате, пожалуй, бессилен за пределами этого города и скромного участка реки. Так что никому не угрожаю. Даже тебе, клыкастый. Однако тебе такой выбор недоступен. Они жаждут неограниченной силы, таящейся в твоей крови, и захотят пролить ее, чтобы пить, чтобы купаться в том, что останется от тебя.

– Да. Меня ждет последняя битва. Впрочем, хотя бы об этом я не жалею.

Хорошо тебе.

– Битва. Значит… война?

Озадаченное молчание, затем:

– О, в самом деле, Господин плиток. От войны мое сердце наполняется жизнью и голодом. А как иначе? Я – Вепрь Лета, повелитель воинств на поле боя. Зазвучит хор умирающих… ах, господин, радуйся, что тебя не будет поблизости…

Странник нахмурился:

– Так сколько ты намерен здесь оставаться?

– Ну, сколько смогу, пока буду в силах держать себя в руках или пока меня не призовет моя битва, а значит – моя смерть.