Империя бурь

Ярость в сердце ведьмы сменилась более опасным состоянием. Она намеревалась разыскать краснолицую капитаншу и потребовать ответа. И Маноне на глаза опять попалась эта рыжеволосая… Аэлина, как бы невзначай, встала между ними:

– Девочки, вам обеим нужно немного остыть, а потом спокойно поговорите.

Гнев Маноны тут же перекинулся на Аэлину.

– Ансель из Верескового Утеса не имеет права говорить от имени Западного края!

«Где же Аброхас?»

– А ты имеешь? – спокойно спросила Аэлина.

Манона вдруг поймала себя на том, что непонятным образом впуталась в замыслы террасенской королевы. Еще больше она удивилась себе, когда остановилась и, глядя в усмехающееся лицо Аэлины, сказала:

– Да, я имею.

Даже Рован несколько оторопел, услышав ответ Маноны Черноклювой. Эти слова произносила не ведьма, не воительница, не хищница. Королева.

Последняя королева крошанской династии.

Рован мысленно оценивал возможность незамедлительного поединка между Ансель из Верескового Утеса и Маноной Черноклювой.

Он помнил рассказы Аэлины про то, как она встретилась с Ансель, как они вместе обучались. Про нападение на пустынную крепость и про то, что Аэлина вполне могла убить Ансель за предательство. Но не убила, и та оказалась у нее в долгу.

Через два года Аэлина вспомнила про долг.

Ансель держалась нагло и высокомерно. Рован прекрасно понимал, почему она и Аэлина так быстро сдружились. Устроившись на ступеньках лестницы, что вела на ют, Ансель заговорила:

– Насколько мне известно, и крошанки, и Железнозубые бросили Западный край на произвол судьбы. Как человек, два года заботящийся о пропитании и защите тамошнего населения, я имею право говорить от имени Западного края. И решать, кому и как мы помогаем.

Ансель насмешливо улыбнулась Аэлине, словно не замечая ведьму, готовую железными зубами впиться ей в горло.

– Как-никак, мы с тобой соседки. Я бы повела себя не по-соседски, если бы не помогла.

– Потрудись объяснить, – потребовал Эдион."

"Его сердце колотилось так громко, что Рован слышал каждый удар. Это были первые слова, произнесенные генералом с того момента, как Ансель откинула капюшон своего серого плаща.

Ансель наклонила голову. Ее волосы действительно имели сочный цвет, схожий с богатыми оттенками красного вина, играющего в бокале. Значит, Аэлина не ошиблась, рассказывая ему о волосах бывшей подруги.

– Несколько месяцев назад, когда я была по горло занята своими королевскими делами, получаю вдруг нежданно-негаданно весточку от Аэлины. Прямо из Рафтхола. Поняла я: неспроста она занялась поединками в ямах.

Ансель насладилась произведенным впечатлением и с усмешкой продолжала:

– И еще я поняла: надо готовиться. Отправлять мою армию к Анаскаульским горам.

У Эдиона перехватило дыхание. Рован был старше и опытнее.