Бунтарка в академии. Турнир Четырёх Стихий

Лев-оборотень попал в ту же неприятность, что и я. Только повис на верёвках. Тело его менялось, он цеплялся уже не лапами, а ладонями. И продолжал кричать. Сначала я не поняла, в чём дело, а потом его объяло огненное торнадо. Он… он потерял контроль над магией?

— Дисквалификация! — прогремело над головой.

А мой испуганный взгляд метался между объятой огнём фигурой парня и сияющими в глубине механизма платформы рунами перемещения. Руки пришли в движение раньше, чем я обдумала последствия. Родная стихия, даже созданная чужаком, потянулась вниз, стоило отдать мысленный приказ. Огненный смерч понёсся в пропасть, выпуская из объятий бедного адепта. Правда, он тут же сорвался и с криком полетел вниз. Только помощь не понадобилась, его тут же подхватила какая-то магическая защита, заключая в круговой щит. Но смерч продолжил движение.

— Быстрее! — меня схватили за ногу и рванули наверх.

Мир понёсся перед глазами. Взрыв внизу сменялся сетью балок, пока я вдруг не очутилась в надёжных и таких знакомых объятиях. Кай поставил меня на ноги, заглянул в глаза и сказал твёрдо:

— Бежим.

— Бежим… — вздохнула я взволнованно, посмотрев вниз.

Руны перемещения разрушались одна за другой, гремя вспышками взрывов. Огненный вал поднимался из глубины пропасти, намеренный поглотить всё, до чего дотянется.

Как мы бежали… Если природные препятствия я почти не заметила, то этот лабиринт пролетела, толком не осознавая своих действий. Мы взлетели по верёвочной лестнице, пробежали по узким балкам, согнувшись в три погибели, ворвались в металлические трубы и вылетели из них словно пули. С такими же спецэффектами. Только созданный щит спас от участи быть сожжёнными огнём. Заключённые в защитные шарики, мы пролетели метров двести, пока не приземлились у подножия горы. Меня подбросило, перевернуло, закрутило. И только когда движение остановилось, я рассеяла шар и рухнула на каменный пол. Огонь взрыва опал, от металлической конструкции поднимался дым.

— Последний рывок… Рен, — Кай, пошатываясь, поднялся на ноги.

— И точно! Испытание! — я же буквально подорвалась с места и рванула к виднеющейся впереди вершине.

Покрытие горы оказалось твёрдым камнем с выступами и выемками. По ним следовало карабкаться, но я летела, подкидывая себя огненной удавкой. А тигру тем более они не были нужны, у него имелись когти.

«Интересно, какими мы прибежим?» — подумала я про себя, когда показался синий фонарь, и подлетела в воздухе.

На вершине никого не оказалось. Я так растерялась, что не сумела сгруппироваться при приземлении, споткнулась и рухнула на колени, больно их ушибив. Насыщенная адреналином кровь гремела в ушах. К горлу подкатывала тошнота, сдержать которую удавалось ценой титанических усилий. Мышцы сводило.