Бунтарка в академии. Турнир Четырёх Стихий

Его слова были подобны грому среди ясного неба. Я растерянно посмотрела на помрачневшего Кая. Тигр поджал чувственные губы. Льдистые глаза блеснули упрямством. Задумал мне помочь? Ему бы о себе думать. Отец… он всё равно не даст мне остаться."

"Ректор Аркон эффектно поднял руки над головой и резко их опустил. И туман над полосой препятствий рассеялся. Нашим взорам предстала просто огромная платформа идеальной круглой формы с горой в центре, на вершине которой сиял голубой фонарь. Более того, полоса оказалась заключена в сферу искажения пространства. Значит, внутри она ещё больше. Сама платформа могла похвастаться сотней способов избавить адептов от жизни. Чего тут только не было: болота, озёра, джунгли, даже ледяные зоны. Казалось бы и этого достаточно, но платформа вдруг пришла в движение. Гора осталась недвижима, а сегменты полосы препятствий со скрежетом переместились в стороны, поменяв расположение. Наверное, сверху конструкция напоминала часы без стрелок с круговыми циферблатами, находящимися в движении. Весело… Бежишь ты такой, собираешься нырнуть в озеро, а тут «бац» и падаешь в болото или рассекаешь голову об лёд…

— Магические плетения и артефакты запрещены. Можно использовать только чистую стихию без направляющих, в твёрдой форме, — закончил ректор. — Участники, занимайте стартовые знаки.

Опять они…

— Каждый думает о себе, — шепнула я Каю, прежде чем в два прыжка достигнуть вычерченного на земле плетения.

Огонь в груди воспылал особенно ярко. Я вся горела в предвкушении. Как же волнительно!

В первое мгновение после перемещения мне показалось, что произошла ошибка или вообще похищение. Я очутилась по центру пустынного поля. Впереди высились скелеты деревьев. Но следом взгляд различил километров в пяти от места, где я стояла, гору. А обернувшись, я увидела сквозь серебристое марево сферы искажения трибуны, полные зрителей.

Раздался гудок, следом второй. Над горой засветились цифры, отсчитывающие секунды до начала. Заозиравшись, я убедилась в том, что других участников не видно. Скорее всего нас распределили по краю платформы. Чтобы встретиться, придётся бежать вдоль неё, а не к горе. Что ж, тут действительно каждый сам за себя.

Прогремел последний гудок, и я наконец дала волю желаниям, сорвалась с места и побежала. Мелькнул привычный страх падения, ведь в таких соревнованиях мои обе ноги вдруг принимали функции левой стороны, но конечности меня не подводили. Наоборот, жар в мышцах усиливался, и я ускорилась, отбрасывая прочь глупые, панические мысли.

«Ничего не способно меня остановить. Я крута, я олицетворение пламени…» — гремело в мыслях.

Препятствия сменялись одно за другим.