Бунтари не попадают в рай

Даже странно, что сегодня одногруппница ограничилась столь безобидной выходкой. Обычно ее издевательства куда более изощренные. Хотя… Возможно, она просто приберегла основную жесть на потом. А сейчас так, лишь припугнула.

– Воу! А ты че, тут самая дерзкая? – раздается возглас Глеба, и я пораженно замираю.

Никто не разговаривает со Стеллой в таком тоне. Никогда. А он, несомненно, обращается именно к ней.

Удивленно вытягиваю шею, чтобы лучше видеть происходящее, и даже на какое-то время забываю про разбросанные на полу вещи.

Очевидно, не меньше моего обескураженная нахальством новенького, Кац застывает в дверях, и несколько секунд я гляжу на ее вытянутую струной спину и длинные пшеничные волосы, кончики которых достают до поясницы. Затем девушка резко оборачивается, и ее взгляд, ледяной и пронзительный, стрелой устремляется к Глебу.

– А ты че, тут самый благородный? – ее голос как всегда спокоен, но тем не менее я слышу в нем подрагивающие нотки недовольства. – Защитник сирых и убогих?

Брови Глеба изумленно изгибаются, и я замечаю в его глазах растерянность. Парень явно не ожидал от нее подобных слов, но Стелла профи в том, чтобы неприятно удивлять людей.

А еще он, вероятно, не догадывался о моем постыдном положении в этой группе… А теперь вот узнает. Неприятно, черт возьми. Прям до одури неприятно. И обидно, конечно, тоже. Ведь теперь Глеб навряд ли захочет делить со мной один учебник на двоих…

А я, дурочка, уже размечталась.

– Нет, – парень немного хмурится, не отрывая от Стеллы глаз. – Но я типа… Против такой движухи.

Кивком головы он указывает на мои разбросанные на полу вещи.

– Правда? – ее кукольное лицо презрительно кривится. Сейчас она смотрит на Глеба своим фирменным взглядом: будто он зловонный кусок дерьма, валяющийся у нее под ногами. – А по тебе не скажешь.

Вроде бы невинная фраза, но сколько в ней пренебрежения… И, судя по лицу Бестужева, исказившемуся злой усмешкой, это почувствовала не только я.

– А что по мне скажешь? – с вызовом бросает он.

– Что ты такой же, как я, – хищно произносит Стелла. – Только я не обманываю себя, притворяясь хорошей, а ты вроде как пытаешься.

Не дожидаясь его ответа, она разворачивается на пятках и, покачивая бедрами, стремительно покидает аудиторию. Это так в ее стиле – оставлять последнее слово за собой и никогда-никогда не считаться с чувствами окружающих.

– Я присяду? – прямо над ухом раздается мягкий женский голос.

Вскидываю глаза и упираюсь взглядом в свою новую одногруппницу. Кажется, ее зовут Стелла. На занятиях преподаватели именно так к ней обращались.

– Конечно, – слегка сдвигаю поднос с едой в сторону, чтобы девушка могла поставить рядом свой.

Кормят в местной столовке из рук вон плохо, но голод, как говорится, не тетка.