Правила бунта

Дэшил улыбается — самая открытая, искренняя улыбка, которую я когда-либо видела на его лице, подозрительно застенчивая — и мое сердце колотится в груди. Он такой чертовски красивый. Забудьте о его комнате. Каждая частичка его самого завораживает меня. Его сильная челюсть. Крошечный шрам на подбородке. Малейший изгиб его в остальном очень прямого носа. Его прекрасные ореховые глаза. Сегодня они выглядят почти зелеными, с золотисто-медовым всплеском вокруг зрачка, испещренные тремя гораздо более темными коричневыми пятнами.

— Нравится то, что видишь? — шепчет он.

Я снова пялюсь на него. Хотя, похоже, парень не возражает. Слабый намек на плутовскую улыбку пляшет в уголках его губ.

— Вы действительно наслаждаетесь моим вниманием, лорд Ловетт?

— Да, — отвечает он. Никакого притворства или высокомерия. — Приятно, что ты видишь меня.

Внезапно я становлюсь застенчивой. Он изучает меня в ответ, взгляд его ярких, умных глаз скользит по моему лицу, и все, о чем я могу думать — это мои недостатки. Странные веснушки. Непослушные волосы. Маленькая родинка на скуле. Я пытаюсь опустить голову, но Дэшил хватает меня за подбородок, осторожно приподнимая его.

— Если здешние девушки настолько глупы, чтобы называть меня Богом Солнца, то ты — Богиня Луны. Диана. Селена. Артемида. Луна. Моя бледная и неземная королева. — Он мягко ухмыляется, видя, как я закатываю глаза, но не поддаваясь этому. — Знаешь, на протяжении веков люди думали, что луна сводит людей с ума. Что ее фазы влияют на рассудок человека. Лунатизм. Вот откуда взялось это слово. Я понимаю, как они пришли к такому выводу, Кэрри. Ты сводишь меня с ума. Ты мне чертовски необходима.

О боже мой. Он не лжет. Потребность в его голосе. Грубые нотки в его словах. Его твердость, прижимающаяся ко мне, между моих ног. Его реакция на меня заставляет меня ответить тем же, мой пульс учащается в ложбинке на горле.

— Что, если я не хочу быть Луной? Солнце и Луна всегда гоняются друг за другом по небу, не в состоянии догнать друг друга. — Существует множество мифов и легенд об этом — солнце и луна как злополучные, несчастные влюбленные, не способные быть вместе, их история о трагедии и потерянной надежде. Я не хочу думать о своих отношениях с Дэшем в таком ключе.

Дэш улыбается, касаясь своими губами моих.

— Все в порядке, Стелла. Мы станем постоянным затмением и всегда будем вместе.

— Тогда мир всегда будет погружен во тьму, — возражаю я.

Парень пожимает плечами, щелкая кончиком языка по моей губе.

— Кому какое дело до остального мира. Меня волнуют только ты и я.

Дэш скользит руками под мою кофточку, и у меня начинает звенеть в ушах. Его пальцы оставляют за собой пламя, тепло лижет мою кожу там, где он скользит ими по моим ребрам и вдоль позвоночника.