Бунт Хаус

В передней части класса Дамиана издает сдавленный, задыхающийся звук, когда я поворачиваюсь, перекидываю ноги через подлокотник дивана и кладу голову на колени Элоди. Ее рот слегка приоткрывается, в глазах мелькает удивление, но она быстро приходит в себя, теребя кончики моих волос, наматывая их на пальцы.

— Если ты не будешь осторожен, у людей может сложиться неверное представление о нас, Джейкоби, — шутит она.

— Мы же не можем этого допустить, правда? — Я хватаю ее за руку и нежно целую внутреннюю сторону запястья, наслаждаясь тем, как ее зрачки удваиваются в размерах при открытом публичном проявлении любви. Она застигнута врасплох. Скорее всего, она думала, что я буду сидеть рядом с ней и держать свои руки при себе, но я пошел гораздо дальше этого. Оказывается мне не о чем было беспокоиться. Все оказалось не так страшно, как я думал. Оказывается, я паниковал по пустякам. Показать всем свои чувства — это чертовски освобождает.

— Чувствуешь себя очень довольным собой? — спрашивает Элоди, изогнув бровь в мою сторону.

— Да. — Я киваю. — Очень.

— Ах, да? Как быстро ты пролетишь через всю комнату, если я попытаюсь поцеловать тебя в губы? — Она бросает на меня взгляд наполовину дерзкий, наполовину насмешливый.

— Моя задница будет твердо сидеть на этом месте, независимо от того, где ты решишь меня поцеловать. — Я многозначительно смотрю на свой член, не в силах устоять перед возможностью подразнить ее."

"Боже правый, я никогда к этому не привыкну. Она так чертовски красива. Так чертовски идеальна. И вся моя. Ее щеки становятся ярко-розовыми, и мне приходится бороться с желанием вытащить ее из класса и затащить в свою комнату, чтобы оттрахать до потери сознания.

Но она чувствует себя храброй. Элоди пытается пригнуться, чтобы поцеловать меня, но в нашем теперешнем положении это невозможно. Я помогаю ей, приподнимаясь на локте и встречая ее на полпути. Этот поцелуй не был откровенно сексуальным. Я держу язык при себе. Мы же не животные. По крайней мере, Элоди — нет, и я не хочу ставить ее в неловкое положение. Это тлеющий поцелуй — медленный ожог, наполненный эмоциями, жар, разгорающийся между нами, к которому мне определенно придется обратиться позже. Я обхватываю ладонями ее лицо, провожу пальцами по затылку, заставляя ее вздрогнуть, и в другом конце комнаты раздается раздраженный крик.

— О, черт возьми! Серьезно? — Естественно, это не кто иной, как Пакс. Что-то ударяет меня по затылку — по ощущениям скомканная бумага — но я не отстраняюсь. Я не делаю этого до тех пор, пока на нас не обрушивается град бумаг, которые швыряют и швыряют остальные ученики.

Элоди смеется мне в губы.

— Ладно, ты доказал свою точку зрения. Ты бесстрашный. Думаю, они хотят, чтобы мы остановились прямо сейчас.