Бунт Хаус

К тому же мертвое тело не так уж часто обнаруживают на территории академии. Пока мы идем к кабинету английского языка, студенты болтают и сплетничают о последних событиях — лицо Фитца расклеено по всему интернету, интервью с родителями Мары на CNN, сообщения о том, что Фитц признался в своих преступлениях и ничего не отрицает. Поговаривали, что после всего случившегося занятия переведут в другой, обычный класс, но ученики так сильно сопротивлялись, что Харкорт объявила, что мы все еще можем учиться там, при условии, что уровень концентрации или оценки не пострадают из-за нашего окружения. Лично мне плевать, где я буду учиться теперь, когда Фитц ушел.

Когда мы с Дэшем входим в кабинет, в классе воцаряется тишина. Дамиана сверлит меня уничтожающим взглядом. В какой-то момент она решила, что ненавидит меня, и меня это вполне устраивает. Пакс уже сидит на своем месте на полу под окном. Дэш закатывает глаза, проходя через комнату, чтобы занять свое обычное место рядом с нашим другом.

Находясь на полпути к потрепанному кожаному дивану под рядом окон, я поворачиваю налево, меняя направление. Моя грудная клетка сильно сжимается, когда я вижу ее, сидящую на цветастой кушетке под гравюрой Густава Климта «Поцелуй».

Элоди Стиллуотер — самое потрясающее создание, которое я когда-либо видел.

Ее новоиспеченные темные волосы собраны сзади в намеренно беспорядочный пучок, длинные волнистые завитки свисают по обе стороны лица. Ее глаза стали еще более голубыми от теплого утреннего света, омывающего ее лицо, подчеркивая веснушки, которые начали появляться на переносице.

Она грызет кончик шариковой ручки, ее брови слегка приподнимаются в удивлении, когда она смотрит, как я иду к ней. Место рядом с ней заметно опустело. Пройдет еще неделя или две, прежде чем Карину выпишут из больницы. Она делает свою школьную работу на больничной койке. Дэш каждый вечер таскает их ей, утверждая, что собирается в спортзал. Ха!

Я стою перед Элоди, указывая подбородком на свободное место рядом с ней.

— Я должен спросить: «Это место занято?», или должен поддерживать иллюзию, что я все еще крут?

Она надувает губы, обдумывая это.

— Пожалуй, я избавлю тебя от этого клише. Но только потому, что ты выглядишь сексуально в этой рубашке.

Я провожу рукой по своей груди.

— Это старье? — Но я весь сияю, как долбаный идиот, от этого комплимента.

Одно дело знать, что ты хорошо выглядишь, и совсем другое дело, когда девушка, которую ты любишь больше всего на свете, говорит тебе об этом. В ужасе я подозреваю, что даже покраснел. Господи, я покраснел! Да кто я такой, черт возьми?

Я бросаюсь на место рядом с ней и чувствую на себе пристальные взгляды всех остальных учеников в комнате, устремленные на нас.