Бухгалтер

Василий вспомнил об акценте, спросил:

— Среди ваших предков нет французов?

— Моя мать была француженкой.

— Прекрасно, — поспешил продолжить Василий, — значит, вы наполовину француз, а Россия и Франция уже двести лет не ссорятся.

Ричард сел за стол, плеснул шампанского:

— Верно, мой друг, — ответил он, рассматривая игру пузырьков воздуха в бокале, — и я вам благодарен за то, что вы для меня сделали. Но беда в том, что среди убитых вами — мой двоюродный брат. Чувство благодарности борется во мне с желанием отомстить.

— И какое побеждает? — пискнула Алика.

— Пока не знаю, очаровательная Элла. Я художник и бизнесмен, а не разбойник.

Ричард уже не улыбался. Откуда-то возникли молчаливые телохранители с пистолетами в открытых кобурах.

— Вы довольно красивы, мадмуазель, — задумчиво произнес он, — убивать красивых женщин — святотатство.

Заметив испуг в глазах, успокаивающе поднял ладони:

— Нет, не бойтесь, я не стану вас убивать. И в другом… э-э… аспекте вы меня не интересуете. У меня вкусы не такие, как у простых людишек. Но вам о них лучше не знать.

Мгновение изучающе смотрел на девушку, добавил:

— Но я знаю человека, ценящего именно ваш тип красоты. Он заплатит мне золотом столько, сколько вы весите. Так что вам не о чем беспокоиться на ближайшие три недели. Ни один волос не упадет с вашей головы и никто не посмеет прикоснуться к вам.

Прайс замедленно повернулся к Барабанщикову, лицо расцвело улыбкой:

— Ну а вы, мой друг, являетесь великолепным образцом мужчины, воина и вас тем более не пристало резать, как барана. С вами я поступлю по-другому.

Василий спокойно смотрел на Ричарда, не поворачивая головы, но обостренные чувства сказали ему, что по бокам стоят телохранители и стерегут каждое его движение, наблюдают за лицом и руками. Шансов нет, следует спокойно ждать. Расслабил сведенные мышцы, откинулся на спинку кресла."

"— Лихо проведенный морской бой говорит о многом, но каковы ваши шансы в рукопашном бою? — продолжал негромко рассуждать Ричард. — Знаете, мне мама в детстве сказки читала, в них герой попадал в лапы злодея или колдуна. Чтобы вырваться, герой должен был либо обмануть его, либо сразиться. Вам предстоит то же самое.

— В халате? — тихо спросил Барабанщиков.

— Ну что вы, вас оденут, — без тени иронии ответил Ричард. Появился китаец, с поклоном пригласил за собой.

Алика сидела прямая, бледная и молча смотрела в иллюминатор. Итак, она рабыня, товар на продажу. Такого поворота судьбы даже представить не могла. И вырваться, похоже, невозможно. Нет ни денег, ни документов, ничего! Она никто и зовут ее никак.