Бухгалтер

Моргал, таращился изо всех сил, пытаясь лучше рассмотреть цифры. Протереть глаза не решался — боялся отпустить штурвал. Кое-как проморгался, рассмотрел — три тысячи метров. От сердца сразу отлегло, успокоился и даже повеселел. Гром уже явственно стихал, тьма незаметно перешла в белый туман, весь в темно-синих трупных пятнах. Ветер по прежнему твердо держит за хвост, регулярно встряхивает, будто проверяя, не выпадет ли кто? Вот будет веселье!

На свет божий явственно выступил нос самолета и Василий с немалым изумлением обнаруживает вращающийся винт. Он почему-то совершенно забыл в непрерывном грохоте, что мотор работает. Все чувства разом проснулись, адреналин хлынул в кровь, Василий принялся лихорадочно осматривать приборы. Взгляд споткнулся и прилип к показателю количества топлива. Проклятого fuel заметно убавилось, но еще оставалось. В животе появился горячий ком. Рос, гнал кровь по деревянному телу. Тепло охватило всего и Василий стал чувствовать себя самого от ушей до кончиков пальцев на ногах. Осторожно, наверно, боясь услышать скрип собственной шеи, повернул голову, осмотрел крыло. Вместо ожидаемых лохмотьев видит целую плоскость, края светятся. Белый огонь ползает по контуру крыла, срывается и появляется снова. «Огни святого Эльма!»— вспомнил Василий картинку из учебника по физике. Второе крыло точно такое. Осмелев, добавил оборотов, мотор загудел мощнее, вселяя уверенность. Спохватился, повернулся к Алике. Девушка полулежит в кресле, лицо закрыто волосами. Присмотревшись, Василий заметил равномерно подымающуюся грудь и решил не беспокоить. Спит или в обмороке, пусть лежит.

Греметь вскоре перестало, пропали молнии, пространство начало очищаться. Исчезли огни святого Эльма на крыльях и только ветер дул и дул, не давая отпустить штурвал. Василий взглянул вниз. В разрывах облаков видна темная поверхность. Из-за дымки невозможно разглядеть, вода или земля. Чувствуя ослабевающую силу ветра, начал постепенно снижать самолет. Ощутимо трясет и кидает на воздушных ухабах. «Как телега!» — подумал Василий. Его переполняло чувство радостного изумления, что они целы. Только чудом можно объяснить то, что самолет не разорвало и двигатель не заглох. «Немцы католики или протестанты? — размышлял Василий, всматриваясь в разрывы облаков, — надо будет помолиться их богу за такой самолет».

Наконец, машина вышла из облачной подушки. Внизу лежит бескрайнее темно-зеленое море леса. Василий не поверил своим глазам — так выглядит материк, но не как не остров! Нехорошие предчувствия заползли внутрь. У него топлива осталось — два кота написали, а под ногами лес без малейшего просвета, темный и неподвижный.