Кружевница из ковена Будриоли

Через полчаса уснул Алеша, а следом Распопова. И я решил посмотреть, что будет дальше. Если честно, мне казалось, что вот-вот появитесь вы, но я ошибся. В столовой появился Григорий. Он разбудил свою хозяйку, и они много чего наговорили, думая, что я сплю. Когда Ольга Тимофеевна ушла вместе со своим слугой, я, естественно, проследил за ними.

Я молчала.

- Мария Дмитриевна, вы безрассудны. И да, какой бы ни была моя репутация, я не подлец, - произнес Вревский, после чего поднялся. – Поезжайте домой как можно скорее. С тем, что здесь произошло, я разберусь сам. Если в будущем вам захочется погеройствовать, сообщите об этом мне. Тогда, надеюсь, мы не встретимся в холодном подвале, где вас пытаются проткнуть ножом.

- Так вы не скажете мне, что делали здесь? – задала я последний вопрос, уже зная, что он ответит.

- Нет. Вам это знать ни к чему, - барон направился к дверям. – Собирайте вещи, Мария Дмитриевна.

Спорить с ним я не собиралась. В данный момент все складывалось как нельзя лучше. Распопова больше не станет губить людей, а Стеша вернется домой к родителям. Разве не это главное? Тем более никто серьезно не пострадал."

"Но в голове все равно крутилась предательская мысль: «А что, если бы я сразу рассказала мужу правду?».

Вот только поверил ли бы он мне? Наверняка посчитал бы за дуру, услышав рассказы о ведьмах, колдовстве и жертвоприношениях. Нет, обычному человеку не нужно сталкиваться с мистической стороной жизни. Пусть лучше мой супруг думает, что я ненормальная, но спит спокойно.

* * *

Когда экипаж с супругой скрылся в заснеженной аллее, Вревский еще раз взглянул на рукав своего камзола. Как странно… на нем остались следы пороха. Он подошел к столу, на котором лежал пистолет. Мария сказала, что его достали у него из-за пояса, когда выносили из подвала. Ствол был чистым. Значит после того как его ударил Григорий все-таки что-то произошло. Но что? В обрывках памяти мелькало нечто странное, похожее на ночной кошмар. Вот только это действительно могло ему присниться и никак не являлось воспоминаниями.

Вревский отправил в город своего слугу, чтобы передал начальнику Тайной канцелярии письмо, в котором были изложены все события. А сам взялся опрашивать крепостных. Бедные люди никак не могли понять, каким образом уснули, но известие о смерти барыни вызвало в них такую радость, что некоторые даже расплакались.

У Вревского же волосы дыбом становились от того, что он услышал от них. Распопова творила ужасные вещи. Оставаться в этом доме было выше его сил, но он должен был дождаться графа Кушакова.

* * *

Радости Акулины и Ивана не было предела. Они и плакали, и смеялись, обнимая ослабевшую Стешу. Мы еле оторвали счастливых родителей от нее и увели девушку в комнату, чтобы уложить в кровать.