Глаз тигра. Не буди дьявола

Колонии красных и пурпурных крабов понаделали в зоне отлива своих норок, откуда пучили на нас глаза, когда мы проходили мимо. В мангровых зарослях длинноногие цапли высиживали птенцов в своих здоровенных неряшливых гнездах, а однажды я услышал всплеск, глянул в ближайшее болотное озерцо и заметил гибкую тень, в которой безошибочно узнал крокодила. Оставив малярийные болота, мы поднялись на сухую землю и стали пробираться сквозь заросли кустарника к южной вершине.

Шерри настаивала, что туда тоже стоит взобраться. Я пытался ее отговорить, так как эта скала была выше и круче остальных, но протестам моим не уделялось ни малейшего внимания. Даже после того, как мы пробрались на узкий выступ под южным откосом вершины, Шерри целеустремленно продолжила восхождение, заявив, что если первый помощник капитана «Утренней зари» нашел способ подняться наверх, то и она сумеет пройти тем же путем.

– Вид оттуда такой же, как с других скал, – заметил я.

– Не в этом смысл.

– А в чем тогда? – спросил я.

Но Шерри, окинув меня жалостливым взглядом, какой обычно приберегают для малых детей и полудурков, не удостоила мой вопрос ответом и продолжила осторожно, бочком, взбираться на вершину.

Там был обрыв – футов двести, не меньше, – а в моем грозном арсенале мужественных талантов имеется одна проплешина: я терпеть не могу высоту. Однако, чем признаться мисс Норт в этой своей слабости, я предпочел бы одноного балансировать на шпиле собора Святого Павла, и поэтому последовал за ней, хоть и с великой неохотой.

К счастью, уже через несколько шагов Шерри издала ликующий возглас и свернула с выступа в узкую вертикальную расщелину в лицевой стороне скалы. Этот раскол в камне предоставил нам ступенчатую и вполне пригодную для восхождения тропу к вершине, куда я и проследовал, причем с огромным облегчением, а Шерри почти сразу издала очередной возглас:"

"– О господи, Гарри, ты только глянь! – Она указала на закрытую от непогоды темную нишу в стене, где на плоской каменной поверхности проступала стародавняя, терпеливо нацарапанная надпись:

Э. БАРЛОУ.

ПОТЕРПЕЛ ЗДЕСЬ КРУШЕНИЕ

14 ОКТ. 1858.

Мы смотрели на нее, и я почувствовал, как рука Шерри нашла мою ладонь и стиснула ее в поисках утешения. Моя отважная альпинистка снова и снова вчитывалась в эти слова, и на лице ее проступал страх.

– Жуть, – прошептала она. – Выглядит так, будто написано вчера, а не много лет тому назад.

Действительно, время не коснулось этих букв, – казалось, надпись сделана совсем недавно, и я оглянулся, словно ожидал увидеть, как за нами наблюдает старый мореход.

Наконец мы поднялись по крутой расщелине на вершину, но из-за послания, дошедшего до нас из глубины веков, настроение оставалось подавленным.