Глаз тигра. Не буди дьявола

У Шерри была та редкая кожа, что не краснеет и не воспаляется от контакта с солнцем, но стремительно покрывается золотисто-медовым загаром.

Был прилив, когда мы обогнули северную оконечность острова и вошли в закрытую бухточку. Вельбот причалил к песчаному берегу в каких-то двадцати ярдах от первой линии пальм.

Мы выгрузили поклажу, отнесли ее к роще – повыше от уровня прилива – и снова накрыли все просмоленной парусиной, чтобы защитить снаряжение от вездесущей морской соли.

Когда закончили и потащились вглубь острова, было уже поздно, солнце перестало жарить и долгие тени пальм исполосовали землю. С собой мы взяли только личные вещи и пятигаллонную канистру с питьевой водой. В крутом тыльном склоне самой северной вершины многие поколения рыбаков, что останавливались на острове, выскребли несколько неглубоких пещер.

Самую большую я отвел под склад, а еще одну, поменьше, под жилье для нас с Шерри. Третью, в сотне ярдов по склону, заслоненную от нас невысоким кустарником, облюбовали Анджело и Чабби.

Я оставил Шерри подметать наши новые квартиры импровизированным веником из пальмовых листьев и раскладывать на надувных матрасах спальные мешки, а сам взял невод и ушел к бухточке.

Вернулся я затемно, с десятком приличных лобанов. Анджело уже развел костер и вскипятил чайник. Поужинали в умиротворенном безмолвии, а потом мы с Шерри улеглись на матрасы и стали слушать, как среди пальм царапаются и пощелкивают крупные манящие крабы.

– Все такое девственное, – прошептала Шерри, – как будто мы с тобой первые люди на свете.

– Я Тарзан, а ты Джейн, – согласился я, а она усмехнулась и придвинулась ближе.

На рассвете Чабби в одиночку отправился в долгое путешествие к Сент-Мэри: назавтра вернется с топливом и питьевой водой в пятигаллонных джерриканах – запасом на пару недель или около того.

Дожидаясь его возвращения, мы с Анджело занялись утомительным перетаскиванием припасов и снаряжения в пещеры. Я наладил компрессор, заправил пустые баллоны и проверил оборудование для дайвинга, а Шерри соорудила вешалку для одежды и навела уют в нашем временном пристанище.

На следующий день мы бродили по острову, взбирались на скалы, обследовали между ними пляжи и ложбины, где я надеялся найти пресную воду – источник или колодец, не замеченный другими посетителями острова, – но, разумеется, ничего не нашел: не бывает такого, чтобы практичные старые рыбаки что-то проглядели.

Южный и самый дальний от лагеря край острова оказался непроходимым из-за приливного болота между вершиной и морем. Мы прогулялись вдоль края зловонных и густых болотных трав. В воздухе висел тяжелый запах гнилой растительности и дохлой рыбы.