Сбежавшая жена босса. Развода не будет!

Выдыхаю с облегчением. Хотя бы по одному поводу можно не переживать. Вернулся.

- Чего ночью по дому носишься? - грубовато звучит. И я узнаю этот голос с первых ноток. Запрокидываю голову, всматриваюсь в окутанное сумраком лицо. Веду носом, вбирая знакомый аромат одеколона, перемешанный с запахом дождя. - Что случилось? – летит настойчивее и громче.

Провожу пальцами по мокрой ткани, очерчиваю края пиджака, ногтями цепляю тонкий хлопок рубашки. И вздрагиваю от предупреждающего кашля.

- Аленка испугалась грозы, - нехотя отстраняюсь, удивляясь своей реакции.

Это всего лишь Альберт. Мой фиктивный муж, с которым нас скоро разведут. И нечего так улыбаться ему! Слава богу, что мое глупое выражение лица скрывает темнота.

- А ты почему не с ней? – сурово отчитывает. Напоминает, какой он злой и вредный. И все ликование, с которым я его встречала, стремительно испаряется.

- Так вас ждала! – выпаливаю возмущенно.

И умолкаю, осознав, что сболтнула лишнее. Незачем ему знать, что я… волновалась. И о договоре с его отцом ничего сказать не могу. И о том, кто я.

Стою и губы кусаю до боли.

- Зачем? – допытывается Альберт. А мне нечего ответить.

Очередной тонкий вскрик заставляет нас обоих отвлечься от разгорающейся перепалки. По-другому мы ведь и общаться не умеем. Какая из нас супружеская пара? Кусаемся, как кошка с собакой.

- Так, ладно, идем к Аленке!

Альберт направляется в детскую, но я хватаю его ледяную ладонь, сжимаю и тяну за собой. Плечом толкаю дверь в свою комнату – и включаю свет.

Малышка сидит посередине постели, укутанная в плед, морщится от яркой лампы. Сложно понять, у нее глаза слезятся или она плакала? Совсем одна, испуганная и беззащитная. Пока мы с ее братом спорили на пустом месте.

- Леся, мне страшно! – жалуется, и я в ту же секунду оказываюсь рядом. – О, Алик вернулся? – вскрикивает сквозь улыбку и обнимает меня, а сама на брата смотрит.

- Да, Аленушка, - он скидывает пиджак прямо на пол. – Ты же взрослая, чего испугалась? – приближается к нам.

Зло зыркаю на него: совсем успокаивать детей не умеет, сухарь. И крепче дрожащую малышку к себе прижимаю."

"- Не бойся, я с тобой останусь, - убеждаю Аленку, чмокаю ее в макушку.

Собираюсь отправить холодного старика в его склеп наверху, но разряд грома застает меня врасплох.

- А-а-а!

- Божечки!

Мы с Рапунцель одновременно подпрыгиваем на постели. Вскрикиваем, обнявшись. И зажмуриваемся, когда свет мигает, а вспышка молнии озаряет комнату.

Не до конца закрытое окно распахивается настежь от порыва ветра. Бьется рамой об откос. Стекла дребезжат. Капли дождя залетают в комнату.

- Твою ж… - доносится приглушенно.

Альберт осекается на половине ругательства, вздыхает тяжело, произнеся чуть слышно: «Вот беда». И спешит закрыть окно.