Ты будешь моей

— Что тебе от меня нужно? Зачем ты постоянно таскаешься сюда? Интересно смотреть на загнанного зверька? Решил таким образом мне отомстить за то, что посмела тебя отшить? Кому я такая нужна, не правда ли? Инвалид, с поломанной психикой. Пользованная кукла! Ну давай, скажи, что это не так, что я не задела твое самолюбие своим отказом. Думаешь, сейчас у тебя больше шансов поиметь меня? А не побрезгуешь после того, что узнал? Или хочешь ударить больнее? А некуда уже больнее, не-ку-да! — зарывшись ладонями в лицо, я окончательно разрыдалась, ну почему, Лара, почему ты такая жалкая.

—Что ты несешь? — разорался он неожиданно и я в очередной раз дёрнулась, как ошпаренная. — Что ты, мать твою, несешь? Совсем дура? Тебе не приходило в голову, что ты мне нравишься? Элементарно нравишься!

Его слова вызвали на моих губах усмешку. Нравлюсь. Задетая гордость — вот, что сейчас говорило в нем. Интересно, наверное, как это - с инвалидом, пусть даже после кого-то. Такого опыта у него, наверное, еще не было. Сама мысль об этом заставилась меня вздрогнуть.

— Я помню какой была твоя реакция, когда ты услышал мой разговор с Катей. Помню ненависть и отвращение во взгляде. Не такой трофей ты себе хотел, да? Уходи и забудь сюда дорогу.

— Я никуда не уйду и перестань пороть чушь, — он поднял ладонь верх, заставив меня пошатнуться  в ожидании удара. — Блядь, да прекрати ты шарахаться."

"— Ты меня не слышишь? Ты мне не нужен, ясно, не нужен и никогда не будешь нужен, — я хотела ударить его побольнее, задеть его самолюбие, чтобы ушел и оставил свои наполеоновские планы. Чтобы продолжил жить своей беспечной жизнью, трахая все что движется, а меня забыл и обходил стороной.

— Не нужен? — улыбка сползла с его красивого лица, а на смену ей пришли звериный оскал и ярость во взгляде. Он прожигал меня взглядом, пугая до чертиков. — А кто тебе нужен? Макс? — рявкнул он так, что, казалось, стены задрожали.

—ДА! — выкрикнула, сама не понимая зачем. И сама в тот же миг пожалела, столько эмоций отразилось лице мужчины и ни одна не предвещала мне ничего хорошего. Хотелось свернуться в комок и исчезнуть подальше от этого испепеляющего взгляда, от безудержного гнева, от всего, а главное, подальше от него, потому что сейчас он не был похож на себя, и я не была уверенна, что он все еще себя контролировал.

— Не надо врать, девочка, я слышал ваш разговор, слышал все, что ты сказала Кате, — он старался говорить твердо, но я все же уловила дрожь в его голосе. Он сомневался, его уверенность пошатнулась, и я зацепилась за эту ниточку, как цеплялся за миражи путник, блуждавший в пустыне.

— А что я, по-твоему, должна была ей сказать? Признаться, что неравнодушна к ее жениху? — наблюдая за спектром эмоций на его лице, я понимала, что попала в цель. Ударила по самому больному.