Будешь моей женой. Снова (СИ)

Не выходило тогда, потому что моя фигура возвышалась рядом, а сейчас не получится, потому что Джульетта больше не маленькая, робкая, наивная.

— Святослав Игоревич, Ярина Дмитриевна, прошу, — нас встретил дворецкий. Отец обожал роскошь, подобострастие и помыкать людьми. Самый жесткий хозяин — бывший раб. В нашем случае ничтожество, которое получило хоть минимальную, но власть.

— Дети! — воскликнул отец, распахнув объятия. Пиджак ловко скрывал фигуру, раздавшуюся от пьянства и несдержанности в еде, но он умел быть обаятельным для других.

Я только сухо кивнул, руки давно ему не протягивал: лицемерить до такой степени — не про меня. Жену обнял за плечи: нет, я не просил играть для них влюбленную и покорную, это мы уже прошли. Я показывал своим родителям, что эта женщина под моей защитой, что мы вместе, как раньше. Даже если бы мы с Яриной продолжали воевать дома, злиться и ненавидеть, все равно никто не мог безнаказанно оскорблять ее.

— Ярина, — прошелся по ней тепленьким взглядом, — великолепно выглядишь.

— Добрый вечер, Игорь Владиславович, — спокойно и бесстрастно. Снежная королева.

Отец подошел и расцеловал ее в обе щеки. Вроде ничего такого, вежливость, но меня трясло от его лап на ее талии.

— Сынок, — мама чинно спускалась по лестнице в шикарном черном платье, горящем стразами. Красиво, но не для ужина дома. И снова оно сшито так, чтобы закрывать все участки тела, кроме лица и пальцев. Следующая — только паранджа. — Рада тебя видеть, — обняла меня, затем перевела взгляд на Ярину. — Невестушка, — мило улыбнулась, — что же ты не звонила свекрови совсем? Как-то это не по-родственному."

"— А я старших вперед пропускаю, но ваших звонков, свекровушка, не заметила, — и сделала максимально расстроенное лицо. Мама изумленно хлопала глазами и не могла сразу найтись с ответом. Да, моя маленькая ласковая жена очень изменилась. Но! В ней осталось неизменное — способность любить искренне. Я чувствовал это, будучи женатым, видел в отношении к людям, как она рыдала, потеряв Кнопу, как она трепетно относилась к дочери.

Возможно, я где-то очень сильно ошибся… Очень…

— Где Стася? — нарушил тягостное молчание.

Она собиралась возвращаться в Австралию, но решила задержаться на несколько недель.

— В галерее, — коротко ответила мама. — Она вообще очень мало времени проводит дома, — поправила рукава, на миг показывая себя настоящую. Но взгляд отца, и она снова высокомерная хозяйка большого дома. — Ужин ждет, пройдемте.

Ярина смотрела только вперед, манеры безупречны, этикет в совершенстве, только нападать на нее было бессмысленно.