Будь со мной

Шеннон поторопилась вернуться в гостиную:

— Тони… Антонио, я не могу смотреть на тебя, говорить с тобой. Я рискую опять поцеловать тебя. Мне надо лечь в постель и выспаться. Одной.

— Тогда чего же ты от меня хочешь?"

"— Хочу, чтобы прекратилось это безумие. Хочу не думать о тебе каждую секунду.

Каждую секунду?!

Эти слова согрели его. Конечно, они вырвались непроизвольно. В постели Шеннон с энтузиазмом принимала его, однако становилась холодной, почти равнодушной, как только они вставали и одевались. Нелепая ссора из-за того, что он предложил ей деньги, до сих пор ранила Тони. Почему она отказывает ему в праве помочь ей?

Шеннон взволнованно ходила по комнате. Поставила аккуратнее свои туфли у дивана, убрала со стола игрушечный поезд Колби, поправила цветы в вазе.

— Ты говорил, что испытываешь то же самое. Скажи, кому хочется постоянно терпеть такую пытку? Это ужасно, особенно если ни к чему не ведет. Ведь ты не собираешься вступать в брак.

— Не собирался, когда мы с тобой начали встречаться. — Эта мысль пришла ему в голову только сейчас, на веранде. И до сих пор казалась странной. Но не настолько странной, чтобы ее отбросить. — Но поскольку ты сама об этом заговорила…

Шеннон вытянула руки перед собой, как бы отталкивая его:

— Ну нет, сэр. Это вы сказали.

— Все равно. Вопрос о браке возник. Давай обсудим его.

Молодая женщина похолодела:

— Это же не деловое партнерство. Речь идет о наших жизнях, и не только о наших. Я не могу позволить себе роскошь опять совершить ошибку. Однажды это уже случилось. От моего решения зависит благополучие моего сына.

— Чем я плох?

— Не играй моими чувствами. Черт возьми, Тони, меня тянет к тебе. Если ты будешь продолжать в том же духе, я, вероятно, сдамся, и мы займемся любовью. Мы бы, наверное, сделали это в самолете, если бы там не было стюарда и Колби. Но после я тут же начала бы упрекать себя. Ты хочешь, чтобы наши отношения были такими? Чтобы я постоянно просыпалась с болью раскаяния?

Тони считал, что следует наплевать на раскаяние и отдаваться безумию каждый раз, когда оно их охватывает.

Всего в паре шагов находится ее постель, идеальное место для занятий любовью. Он сбросит с постели покрывало, с Шеннон — одежду…

И тут его взгляд упал на лежавший в изножье кровати шерстяной плед. Черт! Кто положил его сюда? Неужели отец решил напомнить ему, какая у них была семья, и таким образом вернуть его? Конечно, он на это способен. Своевольный упрямец.

Знакомый серебристый плед вернул Тони к реальности. Он узнал бы этот плед где и когда угодно. Мать связала для него плед незадолго до гибели. И Тони закутывался в него, как в броню, во время их кошмарного бегства с Сан-Ринальдо.